Книга Скрывая себя, страница 96 – Мария Клепикова

— Что, опять разговаривать разучилась?

Я отрицательно замотала головой, а затем еле выдавила из себя:

— Как ты?

Неуверенно протянула к нему дрожащие руки, но боялась прикоснуться и только смотрела на перебинтованные кисти. Никита проследил за моим взглядом и покрутил ими.

— Нормально, и похлеще бывало.

Я смотрела на его руки, тело, лицо и плакала. Наконец, я озвучила мучавший меня последнее время вопрос:

— Как, как ты остался жив? Ты ведь горел!

Народ вокруг нас собрался:

— Точняк, Никит, колись, как головешкой не стал. Всем интересно!

В ответ парень пожал плечами и тыкнул на меня.

— А это Вика во всём виновата.

Я совершенно ничего не понимала. Никита выдал театральный жест:

— Вот эта особа, правда, тогда ещё это был «особ», решила устроить грандиозную стирку и перестирать всё подряд. Я утром встал и опешил: все мои шмотки висят на верёвках и сушатся. Я потрогал — ни одной сухой или хотя бы слегка влажной. Помните, накануне дождь сильный шёл? Короче, ничего не высохло. Я тогда Витьку чуть не накостылял за такую подлянку, но времени не было, да и он спал. В общем, пришлось достать из закромов подарок Макарыча — огнеупорный костюм. Я ещё в своё время думал: на хрена он мне? Оказалось, пригодился. Вот, собственно, и всё.

Ребята вокруг рассмеялись, подтрунивая меня. Я не верила такому счастью, удивлённо хлопая глазами, а потом меня осенило.

А если бы вещи высохли? Если бы он надел обычную одежду?

Ноги у меня подкосились, но упасть мне не дали крепкие руки Никиты. Чувства переполнили меня, и я не менее крепко обняла его за шею, обильно смачивая слезами. Они когда-нибудь кончатся?

— Так-так, я не допущу пересола в своём ресторане! Или кто-то влюбился? — конечно же Борис не мог не отпустить очередную шутку.

— Похоже, тут кто-то решил устроить конкуренцию Даше, — вставил свои три копейки Герман. — Вот расскажу ей, и она вызовет тебя на «дуэль».

Друзья громко захохотали, вспомнив влюблённую события минувшей давности. Никита потрепал меня по макушке и немного отстранил:

— Что за вой, что за рёв — там не стадо ли коров? Нет, там не коровушка — это Вика-рёвушка! Плачет, заливается, платьем утирается. У-у-у. Тут собрался народ, чтоб узнать, кто ревёт? Кто всё время плачет, что всё это значит?..

Никита нагло коверкал детский стишок, вставив туда моё имя. Мне было и смешно, и обидно; я опять уткнулась в уже мокрый ворот его рубахи.

— Вика, поздно уже. Мне завтра рано вставать.

Я отрицательно помотала головой — не хочу расставаться.

— Хочешь, мы завтра вместе к Райту поедем?

— Да.

— Ну, тогда до завтра.

Никита расцепил объятия и передал меня Роману.

Вот так вновь я и очутилась в гостях у своего любимого аккомпаниатора. Ничего не изменилось, кроме того факта, что теперь я официально девушка, и должна следить за своей внешностью. Взглянула на себя в зеркало и ужаснулась. Ну и видок — покрасневшие глаза, отёчность. Б-рр.

Приложенное к лицу холодное полотенце не помогло, и пришлось попросить у друга ромашку, которую прошлый раз заметила в шкафчике. Да, сейчас срочно нужно приводить себя в порядок. Начались длительные косметические процедуры вкупе с медицинскими. Роман уже давно спал, когда я, наконец, соизволила принять горизонтальное положение.

С утра мы заехали в участок для дачи показаний, которые у меня приняла та самая Елена — девушка явно очень серьёзная и немногословная. Романа отпустили раньше меня, и друг дожидался на улице. Я удивилась.