Книга Крепкий орешек под нежной скорлупкой - 2, страница 65 – Мария Клепикова

Моё желание быть красивой ничуть не изменилось, даже во время беременности и после родов. Халаты я напрочь не переносила, а вот платья были моей слабостью. Мило, красиво и удобно кормить грудью.

Сбросив тапочки, я встала на дорожку и медленно зашагала, сверля взглядом «заботливого муженька». Сам он в это время подтягивался: мышцы спины играли, напрягаясь, — в общем, загляденье. Но лишь только он оторвался от перекладины, я немедленно перевела «безразличный» взгляд в сторону, словно и не смотрела на него. Немного «разогревшись», он подошёл ко мне, увеличивая скорость.

— С такими темпами толку не добиться, жирдяйка, — отвесил он мне «комплимент».

— Хорошего человека должно быть много, — парировала я.

— Тогда я очень хороший человек, — ответил мне Ветроградов, напрягая мышцы и показывая широкую спину, а также бицепсы, трицепсы и прочее, чем любят хвастаться мужчины.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты что-то имеешь против меня? — наигранно удивлённо я захлопала ресницами и выпятила грудь. Мне и в обычное время было чем похвастаться, а как кормящая мама, я была ух, какая объёмная в этом плане.

— Сойдёт. Только не здесь, — он крепко сжал меня за талию. — Тут обратно пропорционально: чем уже, тем лучше, а вот попка должна быть упругой и взбитой, как сливки.

С этими словами его рука шлёпнула меня по мягкому месту, отчего я резко развернулась, останавливая дорожку:

— Слушай, тебе делать больше нечего, как меня лапать? А? И вообще, отойди от меня.

Не церемонясь, я толкнула его в грудь, тут же отдёргивая руки. Контакт с ним кожа к коже, даже при обычном рукопожатии вызывала во мне массу эмоций, а тут я сама коснулась его обнажённого тела.

— Сдалась ты мне — лапать тебя. Сама-то руки не распускай! А то смотрю, глаз оторвать от меня не можешь.

— Да иди ты уже… тренироваться.

Я вновь встала на дорожку и быстро зашагала.

Зачем он вообще меня с собой позвал? Покрасоваться? Продемонстрировать свои мускулы? Так это итак видно невооружённым глазом, хотя, без одежды он и правда завораживал.

Я украдкой посматривала, как он лёг на скамью и взял в руки штангу. Теперь понимаю, почему девушки любят ходить в спортзалы — не столько самим заниматься, как на полуголых мужиков посмотреть. И я от них сейчас ничуть не отличалась.

Музыка играла тихо, чтобы не заглушить в случае чего голос дочки, и я попыталась сосредоточиться на ходьбе. Спиной чувствовала, что и Ветроградов за мной подглядывал. Ну и пусть. Я шагала для себя, а не для него.

Можно было бы и пресс покачать, но не сейчас. И мешал этому не столько сам Ветроградов, сколько моя тяжёлая грудь: чтобы наклоняться, приходилось держать её руками (я как-то спускалась сюда одна). Можно представить комментарии Ветроградова на этот счёт.

То и дело поглядывая на часы, я мысленно прикидывала, через сколько времени нужно будет уйти до того, как проснётся дочка. А ведь ещё душ принять нужно будет. Ничего не говоря Ветроградову, я всё же раньше запланированного времени покинула подвал. Быстро ополоснувшись, запахнула банный халат и поспешила к Сонечке.

— А попка у тебя отличная, — широкая ладонь легла на указанную часть моего тела и бесстыдно погладила.

— Руки убрал! — рыкнула я, разворачиваясь, но наглеца и след пропал.