Книга Крепкий орешек под нежной скорлупкой - 2, страница 29 – Мария Клепикова

— Эм-м, а ты случайно мой лифчик не прихватил?

Реакция не заставила себя ждать: Ветроградов, словно хищник приблизился ко мне, заставив отступить назад к стене. Опершись рукой сбоку, он стал медленно склоняться ко мне. Зачем, ну зачем я вошла к нему в комнату? Надо было из-за двери позвать его — и всё.

Дура, какая же я дура!

— Как бы тебе сказать, — проговорил он в непосредственной близости от моего лица. — Могу точно сказать, что минимум один всегда со мной, — с этими словами Ветроградов прислонил широкую ладонь к моей груди и сжал её. — Ну как, подошёл?

Ответом послужила пощёчина. Оттолкнув его, я сумела отскочить в сторону, вызвав безудержный смех. Смешно ему! Да сколько можно?! А в следующий момент перед моими глазами появилась искомая часть одежды — Ветроградов на пальце крутил за лямку мой бюстгальтер. Отнять сразу не получилось, а прыгать как собачонка, не собиралась.

С лютой ненавистью я смотрела на него не предпринимая больше никаких попыток. Вроде бы взрослый мужчина, а ведёт себя как малолетний пацан. Видимо моя реакция его разочаровала, и взгляд сменился с игривого на недовольный. С нескрываемым раздражением он бросил мою вещь на кровать и вышел.

«Сволочь, кретин, негодяй, мерзавец, скотина, козёл!» — мысленно я «награждала» его самыми гадкими словами, кои приходили в голову. Немедленно забрав бюстгальтер, я направилась из его комнаты. Дёрг, дёрг — но дверь не открывалась. Я несколько раз повторила попытку, однако безуспешно — птичка попалась в клетку. Сумасшедший!

Целых два часа (а может и три — часов нигде не наблюдала, а телефон носить дома постоянно с собой привычки не было) я была заперта в его комнате, а этот изверг не возвращался. За это время что только я не делала: и ходила кругами, и сидела, схватившись за голову, и разбрасывала во злобе его вещи, и даже искала способ вылезти через окно. Однако… Однако эта идея не только бесполезная, но и очень опасная — Ветроградов жил на мансарде, и окна в его комнате были соответствующие. Хотя, о чём я? В моём-то положении? Глупая мысль.

От нечего делать принялась изучать обстановку в серо-коричневых тонах. Итак, с одной стороны комнаты стояла большая тёмная кровать прямо напротив не менее большого окна, уходящего практически в пол, останавливаясь на узкой полке, идущей вдоль всей стены, и на которой располагался телевизор, музыкальный центр, книги, диски и журналы с отнюдь не невинной тематикой. На стене рядом с кроватью висели фотографии самого Ветроградова в тонких рамках, преимущественно на спортивную тематику. Наверное, постоянно на себя любуется! С другой стороны я увидела гардеробную, возле которой под чуть меньшим окном была прикреплена прямо к стене массивная полка рабочей поверхности. Ярко выраженную брутальную обстановку скрашивал одинокий горшок с комнатным цветком — хоть что-то.

За практически незаметной дверью в тон к стенам я обнаружила ванную комнату. Она, как и сама спальная, была выдержана в том же стиле — холодная и неприветливая, но отличием служили более светлые тона. Как и в других ванных, здесь росли цветы, причём именно в этой они были самыми большими. Быть может потому, что разместили их прямо под большим окном — некий оазис среди каменной отделки.

Вернувшись обратно, я ещё раз попробовала открыть дверь. Тщетно, наивно. За окном уже давно стемнело, а Ветроградов так и не возвращался. Я уж подумала, что он вообще забыл про меня и уехал, но нет — его любимый автомобиль стоял на прежнем месте.