Книга Вавилонский бурелом, страница 96 – Елизавета Берестова

— Когда это было?

— В начале апреля, — сказала Наталья, — недели через две после нашей свадьбы. Я поэтому и запомнила.

— А что было дальше?

— Потом Кира не появлялась довольно долго. У неё такое случалось: на работе отчёт, либо амурные дела. У нас как раз подготовка к «Бурелому» началась, и я особо не задумывалась: захочет – позвонит. Если подумать, она почти до пропажи Александра не появлялась. Странно.

— Про состоявшегося мужчину из губернии она что-то ещё рассказывала? – спросила Рина, надеясь найти зацепку на Астродамуса, — может, хотя бы имя называла?

— Нет, — покачала головой собеседница, — она обычно имена не афишировала, говорила «он» или «мой». Про последнего, — Наталья посмотрела в окно на залитый послеполуденным солнцем сад, — упоминала, что он в Америке работал. Это, естественно, в её глазах мужику особый вес придавало. И ещё что-то, что в ней он особую силу почувствовал, вроде даже до личной встречи. Не нравились мне эти разговоры об избранности и особых способностях. Очень уж сектантством попахивало. Поэтому и сказала вам, что так и знала, чем это кончится.

Арина взглянула на Фёдора, тот с довольным видом ей подмигнул. Они попрощались и, не спеша пошли домой.

— Всё сходится, — возбуждённо проговорил Толстой, когда они спускались с живописного холма к мосту через Алтанку, — твой Фантомасыч по отцу – американец, работал в Америке, там нашёл ледяное сердце и дал кусочек Зайчевской, предварительно задурив ей голову разговорами о её исключительности и избранности. Она посчитала, что сможет сама управлять Вендиго, предложила своему бывшему провести гонки в удобном для нападения месте.

— Но что-то пошло не так, — подхватила Арина, — Конгрегация утверждает, не Хранитель управляет монстром, а наоборот, ледяное сердце влияет на Хранителя. Осталось проверить Фантомасыча. Пока весьма похоже, что он и есть наш Астордамус.

Зинаида обнаружилась в саду Воронцовых. Вампирша вытащила шезлонг бабушки Паши из-под яблони на солнце и валялась на нём в одних трусах. Рина почему-то думала, что она должна носить только кружевное сексуальное бельё, но на Зине были самые обыкновенные хлопчатобумажные трусики с медвежонком Тедди.

— А я задремала, — нимало не смутившись, сказала девушка, надевая футболку, — думала, что услышу, как вы на мотоцикле подъезжаете.

— Мы пешком прогулялись, — пояснила чародейка.

— Я читал, что вампиры на солнце подобно факелам сгорают, — заметил Фёдор, пока Зинаида надевала широкие летние брюки.

— А я читала, что одна «скромная благовоспитанная особа» надрессировала обезьяну заливать судовой журнал чернилами, — парировала девушка с самым невинным видом, — так что не стоит верить всему, что написано. Это в кино и книгах вампиры солнечного света да чеснока боятся. На деле нет. Конечно, если мне осиновым колом сердце проткнуть или голову отрезать, я умру, как, впрочем, и большинство НЕ вампиров при таких обстоятельствах. И так, для общего развития, я – не мёртвая, в гробу я тоже не отдыхаю, и вообще, вампиризм – своего рода генетическая мутация. У меня нормальное сердцебиение, можешь проверить.

Фёдор не преминул воспользоваться предложением.

— Куда руки тянешь! – одёрнула его Зинаида, оттолкнув ладонь, — я предлагала пульс пощупать, а не за грудь хватать.