Книга Хирургические убийства, страница 40 – Елизавета Берестова

Когда чародейка перевела взгляд на ринг, она увидела, как над бездыханным телом Кувалды склонились тренер и судья, и последний взывал: «Убили!», требуя при этом почему-то врача.

— Да он жив, — проговорила она, мельком глянув на распростёртого, истекающего кровью Кувалду, — здесь есть врач? — вопросила она уже достаточно громко, чтобы её могли услышать окружающие.

— Я не чужд медицины, — сбоку к рингу протискивался высокий мужчина в элегантном сером костюме, — но боюсь, — сказал он, поравнявшись с чародейкой, — моя помощь не понадобится. Тут услуги гробовщика будут более уместными.

— Нет, нет, — заверила его Рика, — он жив, проверьте. Полагаю, глубокий обморок, если не кома. Помогите ему, пока не поздно.

— Боги, боги, — стонал вполголоса Цукисима, — боги удачи! За какие мои прегрешения в прошлой и нынешней жизни вы столь жестоко обходитесь со мною?

Чародейка догадалась, что из-за неожиданной победы Хироши-Санки друг близнецов расстался с весьма солидной суммой денег.

— Други мои, — проговорил мгновенно погрустневший Цукисима, — я вынужден покинуть вас. есть удары судьбы, кои каждый уважающий себя мужчина должен пережить в одиночестве. Я остановился в отеле «Королевские слёзы». Если понадоблюсь, найдёшь меня там.

Вил кивнул и предложил подойти поближе. Констатация смерти, если спортсмен всё-таки умер, требовала присутствия коррехидора, как, собственно, и дальнейшая бумажная волокита.

Врач тем временем уже опустился на колени перед Кувалдой и пытался нащупать пульс на шее.

Внезапно поза наклонившегося над спортсменом мужчины пробудила воспоминание. Не даром весь его вид показался чародейке смутно знакомым, очень похоже наклонялся он над манежем с поверженными крысами. Они видели этого, как он выразился, не чуждого медицине артанца на травле крыс.

Пока врач делал искусственное дыхание и ритмично надавливал пострадавшему на грудину, Рика успела шепнуть о своём открытии коррехидору. Тот кивнул и предложил дождаться незнакомца. Посещая одни и те же увеселения, он запросто мог пересечься с Тохи.

Кувалда пришёл в себя, врач давал какие-то распоряжения тренеру, тот внимательно слушал, кивая практически при каждой фразе. Затем мужчина покрутил головой, заметил чародейку с четвёртым сыном Дубового клана и махнул им рукой.

— Я заприметил вас ещё на травле крыс, — проговорил он, приглаживая свои русые волосы, растрепавшиеся от оказания помощи, — позвольте отрекомендоваться: Эрнст Са́то, военный врач в отставке, — он поклонился, — надеюсь, вы не расцените мой интерес к вам, как неподобающую дерзость?

— Нет, — ответил за них двоих Вил, — я же, к своему стыду, вас совсем не узнал, — коррехидор лгал, он тоже вспомнил высокого мужчину с густыми тёмными бровями как раз в тот момент, когда тот заявил, что имеет некоторое отношение к медицине. Меня зовут Вилли, а прелестная дама, что так мило смущается, это Эрика.

— Меня буквально снедает любопытство, — Эрнст чуть наклонил голову набок, и Рика подумала, что он слишком молод для армейского отставника, скорее всего, доктор где-то получил ранение, и его списали, — Эрика, как вам удалось на таком расстоянии увидеть, что Арт Кувалда жив? Я ведь со всем своим не таким уж маленьким опытом был уверен, что он умер. Кожные покровы бледные, грудь не поднимается от дыхания, да и кровь из ушей — не самый совместимый с жизнью признак. Как вы узнали?