Книга Патруль оранжевого сектора, страница 35 – Янина Наперсток

Глаза Стивена из нежно-зеленых стали малахитовыми. Капитан остановил ее ладонь, прижав к себе, и проговорил:

— Я не завожу интрижек, когда «тянет», и отношения на один рейд тоже не для меня. Безумно тебя хочу, ты это и так знаешь. Но если ты со мной — то только целиком и насовсем.

У Миры спазмом стянуло горло. Это она думала, что форсирует события⁈ Впрочем, разве хоть один мужчина ранее вызывал в ней такую бурю чувств? Такое восхищение, уважение, восторг и гордость? Желание быть рядом, касаться, помогать, дышать одним воздухом? Девушка проглотила застрявший в гортани ком и ответила:

— А знаешь — я согласна насовсем.

На обычно статичном лице Стивена отобразилась такая гамма чувств, что Мира даже не успела их разобрать. А через секунду это просто потеряло смысл.

Стивен целовал ее так исступленно, так восхитительно… Земля уходила из-под ног, и стало казаться совершенно необходимым вжаться в него, добраться до любого оголенного участка кожи. Мира, не глядя, дернула замок военной униформы…

— Погоди, не здесь, — выдохнул капитан, на секунду отстраняясь, и порывисто дыша, — все-таки это наш первый раз, — и он подхватил ее на руки и куда-то понес, то и дело целуя.

Они остались на катере одни, так что Мире, признаться, было абсолютно все равно куда, хоть на пульт управления кораблем, лишь бы он не отпускал ее ни на секунду, не отстранялся, был рядом…

Капитан посадил Миру на кровать, и они стали стараться раздевать друг друга, не размыкая губ. Сейчас потерять эту связь, этот контакт, казалось, подобно смерти. Наконец, когда кожа по всей поверхности примкнула к коже, девушка почувствовала такое удовлетворение, такую правильность, как будто это было то, чего ей все годы не хватало. Как будто сейчас происходило нечто, предопределенное каким-то высшим законом, чтобы она, наконец, почувствовала себя цельной, полностью счастливой.

Ее сводил с ума цитрусовый запах Стивена, его движения, его что-то нежно шепчущий голос. От любого прикосновения словно било током. Мира даже не подозревала, что существуют эмоции подобного накала, подобной запредельной космической величины. И когда в итоге плотину чувств прорвало, девушке хотелось одновременно смеяться и плакать, и кричать, и произносить снова и снова его имя…

А потом — полный дурман, ватное состояние тела, переполняющая нежность…

— Стивен — ты бог, — все, что смогла на тот момент выговорить Мира, целуя мужчину в плечо.

Он довольно рассмеялся и парировал:

— Нет, солнце мое, я всего лишь капитан этого катера.

Место, куда капитан принес Миру, было его каютой. Девушка с интересом ее рассматривала, хотя ничего особенного в ней не было. Стивен жил крайне аскетично. Но ее интересовало в нем все! Что он любит на завтрак? Почему пошел в армию? Были ли у него в детстве питомцы? Да мало ли вопросов возникает о человеке, которого ты совсем недавно и не знала, а теперь он резко стал для тебя целой вселенной.

Капитан не отмалчивался, но следом тоже задавал вопросы. Кажется, за несколько часов, прерываясь только на поцелуи, девушка наговорила свою годовую норму. А капитан, исходя из его обычной неразговорчивости, похоже, пожизненную. Но скоро уже должна была вернуться команда, так что пара с нескрываемым сожалением оделась и переместилась в камбуз.