Книга Мое вчера, его завтра, страница 77 – Марина Эльденберт

Пол был светлым, почти жемчужным, с тонким узором, напоминающим песок, выровненный ветром. Он слегка мерцал при движении, подстраиваясь под освещение, но не отвлекал — лишь усиливал ощущение чистоты и покоя. Воздух здесь был свежим, насыщенным нотами морской соли, цитрусовых листьев и ароматов садов, привычных для жителей Южного архипелага.

Вдоль окон располагались ВИП-ниши — полузакрытые пространства для тех, кто ценил уединение, не отказываясь от вида. Каждая ниша была отделена тонкими световыми экранами, которые при необходимости становились матовыми или полностью прозрачными. Внутри находились мягкие диваны, крутящиеся кресла с высокими спинками и столики из белого камня.

В этих нишах время текло иначе. Здесь специально активирующимися щитами глушились разговоры внутри и те, что доносились из общей лаундж-зоны. Некоторые гости отдыхали с закрытыми глазами, другие наблюдали за городом.

Отдельное внимание привлекала еда — не просто угощение, а часть ритуала ожидания. Вдоль одной из стен располагалась светлая гастрономическая линия, где блюда выглядели как произведения искусства.

Здесь подавали свежие фрукты — прозрачные дольки с медовым сиянием, ягоды с тонкой ледяной корочкой, тающей на языке. Легкие закуски из морепродуктов и растительных белков выкладывались на фарфоре с золотой кромкой, а хлеб был теплым, с хрустящей корочкой и ароматом трав.

Для тех, кто предпочитал нечто более изысканное, предлагались блюда высокой кухни: воздушные муссы с цитрусовыми нотами, тонко нарезанное мясо, маринованное в южных специях, и десерты, в которых сладость была лишь оттенком, а не доминирующей нотой.

Напитки подавались в прозрачных бокалах, играющих на свету. Холодные — с едва заметным сиянием, теплые — с ароматом цветов и пряностей. Каждый напиток подбирался так, чтобы подготовить тело к телепортации, не утяжеляя и не притупляя чувств. Я читала меню и рекламу ВИП-зоны до того, как обнаружила карточку Эйлы: пока сидела в зале ожидания, изучила почти все блюда, и, надо сказать, маркетологи у них были отличные.

Правда, попробовать все это мне не грозило, было совершенно не до того. К тому же, стоило нам разместиться в одной из ниш, как мужчина сразу перешел к делу:

— Я предлагаю вам работать с нами и получить возможность не только безбедно существовать всю оставшуюся жизнь — не на правах батарейки, а на правах равной с новыми хозяевами мира, и встать у истоков нового мира, который непременно наступит в самые ближайшие годы.

Ну ничего себе. А он сразу зашел с козырей.

С другой стороны, бояться ему было нечего, он мог «подкорректировать» разговор в любой момент с помощью кулона. Который у него наверняка есть.

— А новые хозяева мира — это…

— Фхтаринцы, — произнес он, внимательно вглядываясь в мое лицо.

Мне надо было изобразить шок. Недоверие. Даже ужас…

Но я всегда была отвратительной актрисой, поэтому собрала в себе все те эмоции, что у меня имелись к Катэлле, и ответила:

— Что ж, тогда вы обратились по адресу. Звездные драконы используют нас веками, заставляя испытывать невыносимые страдания и относятся при этом как к существам второго сорта.

Я не лгала, потому что семья Катэллы относилась ко мне именно так. В прошлом у нас не было открытых конфликтов, но меня использовали как вещь, на меня смотрели как на вещь. Как на вложение, которое обязательно должно окупиться.