Книга Ведьма и Повелитель волков, страница 98 – Диана Кедровская

— Почему? — запричитала я. — Почему я вас всех слушаю, почему иду на поводу. Не надо было идти в твой дом, не надо было соглашаться с Есенией. Вы меня как будто заколдовали. Или я настолько бесхребетная?..

— Люди, в чьих жилах течет магия Царской крови, внутренне сразу друг другу доверяют, даже если разум не согласен, — просто ответил Ян, а потом почти нежно добавил: — Ты не бесхребетная.

После его слов до меня еще кое-что дошло.

— Черти! Есения моя младшая сестра, получается?

— Да.

— Я не хочу. Не хочу ничего этого. Дворцовая жизнь, заговоры какие-то. Я хочу забраться подальше от людей и просто жить себе в удовольствие и все.

— Все будет так, как ты захочешь, — заверил Ян, будто видел будущее. — Я не стану на тебя давить. Просто подумай, хочешь ли помочь и успокоить нечисть раз и навсегда, и все. Давай отдохнем, а завтра, на свежую голову, все снова обсудим.

Он успокаивающе погладил меня по плечу.

Я поймала себя на мысли, что внутренне ему безусловно верю, хоть разум и кричит о том, что он чертов обманщик.

Я вышла из нагревшейся избы, чтобы остудиться и подумать, и встала посреди обнесенной елками поляны, за которой виднелся кусочек озера. В ночи его мутные воды выглядели почти черными, а на поверхности бликами играл серебристый свет звезд, который меня будто гипнотизировал.

Анастасия.

Имя, не переставая, вертелось в голове.

Анастасия. Анастасия. Анастасия.

Только оно ни о чем мне не говорило. Я не чувствовала себя Анастасией.

Первая княжна. Наследница. При этих словах в голове возникает образ благородной девушки: воспитанной, образованной, крутящейся в привилегированных кругах, как рыба в воде. А кем была я? Ведьмой, которая одну половину жизни прожила на обочине столицы, а другую в лесу, полном нечисти. Называть меня княжной просто нелепо.

Но Ян был уверен в своих словах. Да и рассуждения его, признаться, были очень убедительные.

Как говорила бабушка Анисья, только самые сильные существа не становятся монстрами в Ночь Кровавой луны: природные духи, вроде древесного старичка, который нам иногда помогал, или ведьмы, как мы с ней. А вдруг все это неправда? Об этом я могла знать только с ее рассказов. Больше меня никто не обучал. Тем более мама. О мире нечисти она вообще не рассказывала, кроме тех общеизвестных сказок, которыми пугают детей.

Я вспомнила родителей. Я часто обращалась к ним в памяти, особенно в трудные времена, и каждый раз с грустью замечала, что по прошествии стольких лет уже не могу отчетливо увидеть их лица. Однако я хорошо помнила, как мы жили и как они о нас с Иваром заботились. Мы всегда оставались сытыми и тепло одетыми. Каждые выходные ходили гулять на рынок, где проводили разные игры для детей, а в зимнее время даже ставили горки. Если кто-то болел, мама не спала и не отходила от кровати, пока мы не вылечимся. Папа усердно работал, чтобы наша семья ни в чем не нуждалась. Все делалось ради нас. Мы были для них целым миром. Ради того, чтобы мы жили, они даже пожертвовали своими жизнями. Я всегда испытывала к ним безмерное чувство благодарности за все, что они для нас делали, и это никогда не изменится.

Наш дом я помнила в мельчайших деталях. Сейчас мне захотелось туда мысленно вернуться. Я закрыла глаза и будто переместилась во времени.