Книга Ведьма и Повелитель волков, страница 106 – Диана Кедровская

Сначала я ходила с повязкой на руке. Потом отказалась от повязки и стала делать лечебные упражнения.

К празднику Зимнего солнцестояния, когда солнце поднимается над горизонтом ниже всего, я уже была почти как огурчик.

В этот день мы с Яном решили посетить ярмарку, которую устроили в деревне. Она была не так грандиозна в сравнении с теми, какие устраивают в больших городах, но обладала особенной атмосферой. Здесь открыли две лавки: в одной продавали сладости, в другой устроили простую игру, где надо попасть снежным комом в корзинки. Дети, однако, придумали свои игры и возились в сугробах, строили крепости или лепили разные фигуры. На деревенской площади выросло много снежных страшилищ, которые дети обвесили одеждой или раскрасили краской, сделанной из овощей. Вот это и придало ярмарке особенное настроение зимней сказки.

Правда, я не могла проникнуться всем этим сполна. На душе у меня поселилась тревога, поэтому сказка выходила с мрачным налетом.

— Это тебе. — Ян вручил мне карамельного петушка на палочке.

— Благодарю.

Мы прогулялись по улице, наблюдая за весельем деревенских жителей, съели по карамельному петушку и выпили горячего ягодного чая, который подавали из большого самовара.

В глубине души я завидовала такой деревенской жизни. Люди здесь просто живут, занимаются своими делами, ведут хозяйство и не ведают, что такое гонения и приговоры к казни, чему подвержены такие, как я. Когда-нибудь я бы тоже хотела так жить.

Солнце быстро зашло за горизонт. В самый короткий день оно покидало нас очень рано и погружало мир в темно-синие краски.

На меня накатило настроение для серьезных разговоров.

— Ян, — сказала я. — Не думай, что я не замечала, как ты часто куда-то уходишь. Ты что-то планируешь?

В последние дни Ян во время работы на старика Бая часто куда-то отлучался. Можно было найти этому безобидное объяснение, однако я успела понять, что с Яном ничего так просто не бывает.

— Я начал все планировать еще во дворце, — непроницаемо ответил он. Теперь, когда я его о чем-то спрашивала, он больше не лгал и говорил все как есть. — Новый план, в смысле. Я говорил, что во дворце для меня шпионят. Там не только призрачные волки и тени, но и дворяне, которых я обратил. Думаешь, Карна их казнила, как казнила бы простых жителей, окажись они нечистью? Нет, конечно. Казнить семь человек из дворянских родов, среди которых главный судья города и господин из семейства Сабуровых, просто невозможно. Карна все это дело замяла, сказала, мол, что в тот день погибли вовсе не дворяне, а стражники, которые их защищали. Я как раз обратил тогда нескольких стражников, их-то она и казнила, прикрывшись их телами, будто мои волки растерзали только их. Вот и все. Наши дворяне-оборотни живут себе дальше, только их сделали придворными, чтобы не выпускать из дворца. Теперь-то они понимают, что им будет выгоднее присоединиться к Есении, чтобы вырваться из этой красивой клетки. Заговор там нарастает. А ухожу я повидаться с мужчиной, который участвовал в нападении на твою избу. Он теперь оборотень, слушается меня и бегает туда-сюда, чтобы докладывать обстановку в городе.

— Это и был твой план, который ты мне не успел рассказать?

Тогда, в избе, мы решили, что еще обсудим наши планы, но из-за моего ранения больше не возвращались к этому разговору.