Книга Княжна Эворта. Нетлеющие страницы судьбы, страница 29 – Анастасия Максименко

* * *

[1] Resistentia — название ресторации Чарльза Клоуфорда, которую подарил ему на первое совершеннолетие отец, несмотря на то, что парень был против «подачек» и назвал ее именно так, поскольку на древнем мертвом языке расколотой империи Деэворон, какая существовала много тысячелетий назад до Магистерума, Resistentia обозначает сопротивление.

Сет

Утро в управлении началось совсем не с кофе, а с принесенного заявления на увольнение дерганным, мрачным секретарем. Я только и успел занять свое кресло, перебрать документы, откапывая среди кипы бумаг неаккуратно заполненный отчет от зама, как в помещение чеканным шагом решительно вошел Ежен. Замерев перед столом, он нервно передернул плечами и протянул мне лист бумаги, сухо заявляя:

— Я увольняюсь, мьесар!

Откинулся на спинку кресла, внимательно осматривая парнишку сверху-вниз. Протянутый лист так и не взял.

— Основание? — спросил скучающим тоном.

Ежен побагровел. Кинув лист мне на стол, он зло сжал ладони в кулаки.

— Без оснований! По собственному желанию. Имею право!

Дернул уголком рта:

— Имеешь право? Смею тебе напомнить: у тебя контракт, до окончания которого еще пять с лишним месяцев.

— Но, дерт!..

— Нет, Ежен, так не пойдет. Ты прекрасно знаешь: на твое место желающих нет, а право имеешь только в том случае, если найдешь устроившую меня кандидатуру или отработаешь еще три недели, хочешь раньше — найди мне человека, адекватного секретаря с опытом работы, тогда и обсудим.

— Я не собираюсь ничего обсуждать! — визгливо рявкнул мальчишка. — С меня хватит!!! Это место, — он презрительно скривился, — совершенно не то, о чем я мечтал! Ежечасно готовить вам кофе, заполнять тонны скучных бумаг, бегать по отделам, разнося ваши распоряжения, все это — не мое! Мне этих полгода хватило по горло, тратить еще полгода своей жизни на это вот все я не хочу ни при каких обстоятельствах.

— Не истери и сядь, в конце концов, — поморщился, кивая на стул. Ежен дернул лацканы пиджака и нехотя пристроился на краешке стула. — Не твое, говоришь, а что же тогда твое?

— Я хочу заниматься полевой работой, — глаза парня фанатично-мечтательно загорелись. — Выезжать на места преступлений, разведывать тайны, убийства, присутствовать при вскрытиях…

— Очень интересно, — равнодушно протянул, смеясь про себя. — И чем ты думал, устраиваясь секретарем? Что у меня трупы по кабинетам да шкафам валяются?

— Ну, уж не о том, что буду кофе днями и ночами варить. Он, между прочим, плохо сказывается на сердечной работе. Надеялся ездить с вами по преступлениям. У меня, между прочим, диплом полевого агента и полный прослушанный курс судмерда.

Об этой части биографии своего секретаря, естественно, знал. Только не все, получив профильные дипломы, спешат окунуться с головой в скверну черной стороны Декморта. Кто-то заканчивает университет по приказу рода, кто-то с обучением начинает понимать, что выбрал неправильную специализацию, впоследствии переводится на другую, если есть места, или же, сцепив зубы, доучивается, а потом устраивается на работку поспокойнее. Когда ко мне устраивался Ежен, я отнес его к последней категории, а оно вон как все любопытно, оказывается.

— Чего же тогда не устроился по образованию?

— Не было вакансий, — хмуро буркнул Ежен. — А в другой город мама бы не отпустила. Так и сказала: выбирай — или работа в управлении Морта, или на родовой ферме. Лучше уж бумажки перебирать, простите, мьесар, за откровенность, чем свиньям хвосты крутить.