Книга Развод по первому требованию, или Ведьма ищет предлог, страница 12 – Катерина Цвик

– Когда-нибудь этот дом станет твоим и ты сюда обязательно вернешься, Элли, – произнесла прабабушка, глядя на уплывающее за горизонт солнце.

Мне очень нравилось, когда мы вот так выходили любоваться закатом.

– Да, вернусь, – с полной уверенностью ответила я, потому что не представляла места лучше. Но что-то в словах ба мне не понравилось. – И как этот дом может стать моим, если он твой?

– Когда меня не станет…

– Не нужно мне тогда твоего дома! – прервала я ее и крепко обняла за талию. – Зачем мне дом без тебя?

– Элли, это жизнь, – грустно произнесла она и погладила меня по голове. – Я и так зажилась на этом свете. А дом… Считай, что это память обо мне. Ты же не откажешься от памяти?

– Все равно! – Мне не хотелось даже думать о том, что ба когда-нибудь не станет. – Я хочу жить здесь с тобой!

– Конечно, Элли. Но знай: этот дом всегда будет тебя ждать. Это место создано для того, чтобы в нем хорошо дышалось и жилось.

Прабабушка умерла около десяти лет назад, и сейчас, на пороге ее, а вернее уже моего, дома я осознала, что наконец ее отпустила, приняла уход.

Некоторое время я продолжала стоять с закрытыми глазами, вслушиваться в окружающую меня действительность. И неожиданно поняла, что мне и в самом деле здесь очень хорошо, ощутила небывалую внутреннюю свободу и воодушевление.

Открыла глаза и посмотрела на спокойную морскую гладь, до которой было рукой подать и широко улыбнулась.

«Ба, ты оказалась права, – мысленно обратилась я к ней. – Это место создано для того, чтобы в нем хорошо жилось и дышалось. Жаль, что тебя нет рядом».

Прабабушки не стало перед самым моим поступлением в академию. И родители не могли меня утешить, как ни пытались. Они не понимали, что только в ее доме я чувствовала себя действительно счастливой. И каждый приезд к ней был для меня настоящим праздником. Только здесь я могла не скрывать свою ведьмовскую природу и колдовать сколько душе угодно. Ба открывала передо мной волшебный мир ведьмовства и не требовала душить и прятать свою сущность, как это делали родители. И делали они это не со зла, а желая защитить. Еще лет пятнадцать – двадцать назад быть ведьмой в нашем королевстве было очень непопулярно, а иногда и опасно для жизни. Если бы не подруги, которых я обрела в академии, даже и не знаю, как бы пережила эту потерю. Наверное, поэтому я и согласилась на предложение Рамиля жить с ним в столице. Возвращаться в дом, где не будет моей любимой ба, казалось неправильным.

И только сейчас, стоя на его пороге, я осознала, как была неправа.

— Это мой дом! – с улыбкой посмотрела я на Бродягу. – Он целых десять лет стоял без хозяйки. Неудивительно, что немного пришел в упадок. Но мы обязательно все исправим!

Чувствуя, как по спине прокатилась капля пота, я решительно расстегнула несколько пуговок на вороте и засучила рукава платья. В Аторне было гораздо теплее, чем в столице.

— С тобой не поспоришь-мр, – все же с заметным скепсисом произнес фамильяр, но начал проникаться моим воодушевлением.

— Смотри, Бродяга, как здесь уютно! Дом находится на изгибе улицы, и у нас будет сразу несколько витрин. Крышу тоже починим и перестелем черепицу. Отремонтируем и перетянем маркизу. Вот сюда, – я показала на крючки над входом, – повесим фонари, чтобы своим мягким светом они зазывали к нам покупателей. Вот тут, – показала на местечко неподалеку от двери, – я поставлю для тебя табурет с подушечкой, чтобы ты мог греться на солнце. А вот тут, рядом, пристрою кадки с цветами.