Книга Степной Волк и княжна Ирина, страница 11 – Регина Грез

«Верно говорят, с возрастом не только мудрость приходит, но также чрезмерная болтливость и мелочное любопытство!»

Но разве откажешь в просьбе Великого хана? Надо дать ответ.

— Она не только во сне ко мне приходила. Я видел Речную деву и наяву. Следовало проявить терпение, а я поспешно с ней заговорил. Она тотчас исчезла. Но я запомнил её улыбку.

Ирманкул старался говорить равнодушно, словно докладывал сухой отчет о военных трофеях, коим числа нет, но в памяти возник нежный девичий облик, карие глаза, словно звезды, темный разлет бровей.

— Тебе надо скорее найти жену! — на сей раз в голосе Чангатура не было лукавой усмешки, одна лишь тревога. — Земли кипчаков могут затаить месть. Я слыхал, что дивы здешних народов умеют похищать разум самых могучих воинов, и тогда они становятся слабее ребенка. Чтобы с тобой не случилось подобной беды — выбери достойную девушку из моих улусов, поставь ей шелковый шатер, подари сундук нарядов и украшений. Пусть ждет тебя из походов и рожает крепких сыновей.

— Я не хочу.

— Что-о? Мои слова для тебя легче пыли? — взревел Чагнатур.

— Зачем мне жена? — примирительно сказал Ирманкул, пытаясь вернуть шутливый тон беседе. — Я привык спать один, чтобы никто не жужжал над ухом.

Чангатур издал низкий горловой звук, выражавший крайнюю степень недовольства.

— У Потрясателя Вселенной Темуджина было четыре старших жены, а также сорок восемь младших жен и наложниц. Они родили ему три сотни потомков.

— Которые потом убивали друг друга, кроя империю прославленного отца! Ты сейчас сшиваешь лоскуты, набрякшие от крови… — раздраженно воскликнул Ирманкул.

— Молчи! Как смеешь ты, неблагодарный щенок, судить моего великого предка! Я многие дерзости твои прощал за беспримерную храбрость, но сейчас она граничит с безумием. Или тебе голова на плечах надоела⁈ На кого ты разинул пасть?

Чангатур вонзил нож в узорное покрывало у своих колен. Джанибек Многомудрый укоризненно покачал головой.

— Успокойся, Повелитель! Я сам замечаю, что Ирманкул будто околдован в последние дни. Отказался ехать на охоту с Девлет-ханом. Вместо того, чтобы метать стрелы в сайгаков, всю ночь бродил по речным зарослям как раненый барс. Духи кипчаков лишили его сна.

— После боев Крылатый нуждается в отдыхе и покое. Его тревожит старая рана в бедре, — небрежно пояснил Ирманкул.

— Ты богат. Разве у тебя нет рабов, чтобы следить за конем? — ехидно спросил Джанибек. — Зачем чистишь его сам?

И тут же обратился к Чангатуру:

— Я слышал, в приграничных с урусами землях живет шаманка из племени кипчаков. Её называют Верблюдицей за горбатые плечи. Она лечит больную спину горячими камнями и может изгонять дурные сны. Позволь мне отправиться к ней с Ирманкулом. Вот увидишь, мы вернемся полные сил и готовые к новым победам.

— Тебя так сильно собственный хребет беспокоит или боишься за «раненого барса»?

— Обе твои догадки верны, Повелитель, — Джанибек почесал дряблый подбородок с пучком белесых волос. — Я столько палок и плетей истратил на его спину, пока учил, что теперь жаль, если прикажешь ее сломать.

Чангатур широко открывал рот в утробном смехе, хлопал себя по ляжкам. Слова старого Джанибека показались забавны, даже Ирманкул побагровел и стиснул зубы, наверно, вспомнил науку старого генерала.