Книга Солнце Сантьерры, страница 40 – Рута Даниярова

Иногда мне казалось, что прошла вечность с того дня, когда мы стояли на крыше дома на Земле, ожидая спасения, а порой думалось, что это было словно вчера. Дни были заняты делами, а по ночам я подолгу не могла уснуть. Я скучала по Нику. Плакала и вспоминала счастливые моменты нашей жизни и то, как день за днем после катастрофы таяла моя надежда, что он найдется. Все мои надежды остались на Земле, и теперь надо было заново учиться жить без Ника.

Спустя несколько дней у нашего дома остановился кар, из которого вышли Коннор Хоган и Чарльз Брайтон. Они поздоровались, и Хоган сказал:

— Хотим проверить повреждение периметра, оставим машину возле вашего дома.

Они пересекли пустую полосу земли и двинулись вдоль периметра поселения.

Спустя несколько часов они вернулись. Я пригласила их пообедать, у меня было приготовлено жаркое с курицей.

Мужчины, поколебавшись, согласились.

— Что там было? — спросила я.

— Восстановили защиту в нескольких местах, наверное, повредили животные, — ответил Хоган. — Кстати, очень вкусно, спасибо вам.

— Вам не о чем волноваться, защита построена в несколько контуров, если выходит из строя один, то включается второй и так далее. Сюда никто не сможет проникнуть, — сказал Чарльз.

Во дворе слышался детский смех.

Я увидела, как Хоган остановился и о чем-то разговаривал с Энни и Энтони.

— Славные у вас дети, Кэтрин, — сказал он, улыбнувшись.

Я кивнула и попрощалась.

Вечером я связалась с Чарльзом Брайтоном по браслету.

— Чарльз, мы сейчас живем в доме, где раньше жила семья Росси. Они пропали. Ты что-нибудь можешь узнать об этом?

— Я попробую, — осторожно сказал Чарльз. — Есть у меня одна мысль…

На следующий день Коннор Хоган приехал один. В руках у него был щенок.

— Это тебе, Энни, — сказал он и уехал.

Восторгу Энни не было предела. Щенка назвали Барри, в память о нашем песике на Земле.

Отныне Коннор Хоган стал кумиром дочери.

* * *

Прошло еще две недели. У Триши Брайтон был день рождения, и Чарльз пригласил нас в гости. Брайтоны жили в двухэтажном небольшом коттедже в центре поселения, возле дома был небольшой участок земли, зеленевший весенней травкой. Трава была с Земли — клевер, подорожник, но были и неизвестные мне виды.

Чарльз сделал барбекю, я принесла пироги, Эмма Бек научила меня хорошо печь.

Энни с Тришей возились с Робом и Миком, остальные поглощали пироги.

Чарльз задумчиво посмотрел на меня и сказал:

— Знаешь, Кэтрин, я хотел с тобой поговорить. Я получил доступ к главному компьютеру Кварты, который получает также данные от остальных поселений. Часть информации стерта, часть заблокирована. Что-то я сумел восстановить. Но из того, что увидел, я понял, что люди пропадали не только в Кварте. Такие случаи происходили и в других поселениях. В Приме и Квинте только в прошлом году пропало несколько человек. Только по Сексте нет никакой информации, я так понял, что они вообще живут сами по себе, они не подключены к общей сети Сантьерры.

— Можешь еще что-то узнать? — спросила я.

— Я постараюсь. Только никому не рассказывай об этом. Я понял, что Петер Йенсен не стремится обнародовать эту информацию.

Я кивнула.

Чарльз задумчиво смотрел на меня.

Я вспомнила, что, когда увидела Чарльза в первый раз, он был немного полноватым. Сейчас он заметно похудел, скулы выделялись на лице. Он был вполне симпатичным молодым мужчиной.