Книга Солнце Сантьерры, страница 28 – Рута Даниярова

— Ох, Чарльз, как я вам сочувствую, — потрясенно сказала я. Не знала, что еще можно говорить в такой ситуации.

Он махнул рукой и направился к соседнему с нами домику, прижимая к себе сына. Мне показалось, что у Чарльза вздрагивают плечи

— Триша! — радостно воскликнула Энни, обнимая ее.

— А у меня мама умерла, — серьёзным голосом сказала Триша.

Я услышала ровное гудение и подняла голову вверх. К нам приближалась летательная капсула.

Она плавно приземлилась, и из нее вышло несколько человек. Они были одеты в одинаковые серые брючные костюмы и рубашки с коротким рукавом.

— Добро пожаловать на Сантьерру, — звучно произнес высокий человек, приблизившись к нам. У него были светло-голубые глаза и седые волосы. Ему было лет пятьдесят. По тому, как он держался, было видно, что он привык к власти.

— Я Петер Йенсен, глава колонии Кварта. Сейчас вас осмотрят наши медики, а потом мы с вами познакомимся.

Несколько медиков пригласили нас по очереди пройти в пустой домик, где быстро взяли у всех анализы крови и провели сканирование внутренних органов.

— Вас может немного подташнивать, вы можете ощущать слабость, головокружение. Это нормальные явления после сомнокапсулы. Сегодня вы будете питаться только витаминными коктейлями, а завтра мы привезем нормальное питание, — сказал медик, темнокожий молодой мужчина.

Выйдя с Робом от медиков, я увидела, что Энни с Тришей сидят в сторонке, а Рита о чем-то разговаривает с девушками.

— Вы миссис Эклз? — ко мне подошел молодой парень лет двадцати.

Я кивнула.

— Пройдемте, с вами хочет поговорить глава Йенсен.

Я передала Роба сыновьям и направилась за парнем, отметив, что он вооружен бластером. Мы подошли к одному из домиков, и парень показал рукой:

— Вам сюда.

Я вошла, а парень с бластером остался за дверью.

За столом сидели Петер Йенсен и молодая женщина с жесткими курчавыми волосами с короткой стрижкой. Сначала я приняла ее за юношу.

— Миссис Эклз, расскажите нам о себе, — попросил Петер Йенсен, заглядывая в планшет.

Я растерялась, не зная, с чего начать. Тем более, мне почему-то казалось, что в планшете Йенсена есть вся информация про меня.

— Я Кэтрин Эклз, мне тридцать пять лет. Мой муж Николас пропал без вести во время наводнения. Мои дети…

— Почему вы решили прилететь на Сантьерру? — перебил Петер Йенсен.

— Мне помог мой отец, судья Джордж Маккарти, — сказала я. Сама не знаю, зачем я упомянула должность отца. Наверно, потому, что для меня он был неотделим от своей профессии.

— У нас на Сантьерре нет судей, — сказала молодая женщина с вызовом, как мне показалось.

— Хема, — Петер Йенсен знаком попросил ее замолчать.

— Что вы умеете хорошо делать, Кэтрин? — спросил он, глядя на меня светлыми глазами.

Я растерялась. У меня не было ни профессии, ни образования.

— Я занималась домом, детьми, садом.

Он кивнул.

— Ваша приемная дочь, Рита, — начала Хема и выжидательно посмотрела.

— Я взяла опеку над Ритой, у нее не осталось родных после наводнения, — сказала я.

— Миссис Эклз, на Сантьерре нет института опеки, Рита Шелби теперь считается вашей приемной дочерью. А у нас родители отвечают за поведение детей. И за их проступки, — Хема выразительно посмотрела на меня.

— Вы свободны, миссис Эклз, — сказал Петер Йенсен. Я почувствовала, что от этого человека многое зависит здесь.