Книга Добродетель злодейки. Том 1, страница 10 – Bae Hee Jin

Дикий роман спутал все мои мысли! Ах, к черту!

Я отбросила досужие тревоги и легла на кровать, уставившись на синие обои. Этот цвет… Я невольно вспомнила волосы Кишона Микельсена.

— Чертов Кики… Чем ты сейчас занимаешься?

А потом мне вспомнился его голос: как Кики нежно звал меня по имени… и как холодно он говорил последний раз… От такого контраста в его поведении мне неизбежно стало горько.

«Что же мне с тобой делать? Какие оправдания ты придумаешь?»

Я крепко зажмурилась, чтобы больше не видеть обои. Синий цвет, напоминавший о женихе, исчез, но перестать думать о Кики я уже не могла.

Даже если то были не самые приятные воспоминания.

Ранним утром следующего дня мне нанес визит Кишон Микельсен собственной персоной.

Я впустила его, и мы довольно неловко сели друг напротив друга. Кики был одет в аккуратно заправленную в брюки рубашку голубого оттенка, которая идеально сочеталась с его волосами. В соответствии с его раскованной натурой пара верхних пуговиц была расстегнута. Все это придавало ему весьма элегантный вид.

Несмотря на секунды стеснения, Кики быстро взял себя в руки. Теперь он хранил невозмутимость, будто ничего не произошло.

Выражение его лица показалось мне безмятежным. Глядя на него, такого спокойного, мне хотелось высказать все, что накопилось у меня на душе, и я с трудом сдерживалась.

Он с достоинством взял чашку, пригубил чая и первым нарушил молчание:

— Джинджер, как ты себя чувствуешь?

От нелепого вопроса я чуть не рассмеялась. Неужели нужно обязательно объяснять, что я чувствую? Мое лицо, вероятно, исказилось до неузнаваемости.

— Мерзко. Вчера было паршиво, а сегодня еще хуже. Будто всю свою прошлую жизнь я провела в собачьей шкуре.

— Джинджер, это слишком грубо. Вряд ли такие слова должна произносить дочь маркиза.

— Послушайте, господин Кишон Микельсен. По-моему, вы что-то серьезно путаете. Если бы вы, мой жених, мне не изменяли, разве я чувствовала бы себя так паршиво?

Кики вместо ответа глубоко вздохнул.

— Джинджер, я пришел, чтобы извиниться перед тобой.

— За что извиниться?

— За то, что меня потянуло к леди Лераджии. Мне очень жаль. Понимаю, звучит как оправдание, но я не хотел причинить тебе боль, когда делал предложение. Я тогда действительно хотел обручиться с тобой… и думал, что ты подходящая для меня женщина…

Мне не хотелось слушать бессвязные речи Кики, и я прервала его:

— Хватит. Говори по делу.

— Кажется, я полюбил леди Лераджию.

— …

Любовь? Я ожидала, что Кики скажет что-то подобное, но, когда и вправду услышала об этом, у меня потемнело в глазах. Вот-вот расплачусь! Я уверяла себя, что не так уж сильно его любила, но вряд ли на свете найдется девушка, которой не было бы грустно услышать от жениха, что он полюбил другую.

— И что ты хочешь делать? – Я изо всех сил старалась быть спокойной, но голос предательски дрожал.

Оставалось надеяться, что Кики ничего не заметил.

— Но я все еще люблю и тебя.

— Что?

— Джинджер… Ты мне не разонравилась.

— Кишон Микельсен, ты совсем с ума сошел? Раз я обо всем молчу, ты думаешь, что со мной можно так обращаться?

— Не пойми меня неправильно. Я и сам сейчас очень растерян.

«Сумасшедший».

Дерзость вертелась у меня на языке, но я промолчала. Что он вообще несет? Что он полюбил двух женщин?