Онлайн книга «О бедном драконе замолвите слово»
|
Она вытащит его! Решила девушка. Вытащит, даже если для этого ей придётся нырнуть за ним на самое дно Инфернальной бездны. Преисполненная решимости она прильнула к губам дракона и вдохнула в него свою жизнь, свою магию, свою веру и надежду. Один удар сердца. Второй. Третий… Внезапно Сигмар почувствовал, как его затягивает в воронку белого света. И он оказался в раю. Однозначно в раю. Потому что над ним склонился самый прекрасный из ангелов и осыпал его лицо поцелуями, повторяя снова и снова: «Сигмар, милый, вернись, ко мне! Пожалуйста, вернись! Не уходи! Сигмар, прошу тебя, не уходи! Вернись ко мне! Пожалуйста, любимый…» Ну и разве мог известный дамский угодник герцог Сигмар делло Бранд отказать ангелу? Разумеется, нет. — Желание фаерины — для меня наивысший закон, — прошептал он. — Особенно фаерины, которая называет меня любимым и при этом целует. — Убить тебя мало! — всплеснула руками Кая и вновь крепко обняла. — Где ты так долго был⁈ — Это уж точно! — ухмыльнулся дракон. — Меня убить не просто мало, меня, я начинаю подозревать, убить просто невозможно! А насчет того, где я был, не поверишь, друга навещал! — Моё счастье, что не подругу! — прошептала девушка и припала своими губами к губам любимого, которого чуть не потеряла. — Моё счастье! — Мир им да любовь! — прошептал Хранитель замка. — Молодцы мы с тобой, Тошик! Молодцы! И внучу осчастливили и мир спасли! — Бо-оольши-ииие молодцы-ыы! — подтвердил довольный Хранитель Пустоши. Глава 17 Адмар, пауки и мгляки отправились к Воротам вместе с Сигмаром и Каей, но словно бы явившихся из самых кошмарных снов и горячечного бреда тварей было так много, что Адмару, паукам, мглякам пришлось по очереди жертвовать собой, дабы Сигмар и Кая могли продвигаться к цели. Вначале отстали пауки, затем в бесчисленной толпе исчадий ада затерялись также и мгляки и, наконец, пришла очередь Адмара… Дракон хорошо помнил слова Хранителя Замка о том, что едва только он потеряет твёрдую почву под ногами, он уже не будет способен отличить, где морок, а где прорвавшиеся в мир смертных реальные инфернальные твари. Но увидев, как когтистые лапы и желтые зловонные клыки рвут плоть его внука, Адмар понял, что у него нет другого выбора, и обернулся. Мощное, неукротимое, невероятно жаркое пламя одновременно величественного и страшного в своём гневе боевого серебряного дракона огненной рекой разлилось по коридорам и комнатам Сумеречного замка, испепеляя и тем самым повергая в бегство целые орды тварей. Вскоре Адмар потерял счет и тому сколько раз он извергал пламя и поверженным исчадьям ада, а их с каждой секундой становилось всё больше и больше. Орда за ордой они накатывали, словно океанские волны на берег. Каждый мускул дракона нестерпимо болел, горло невыносимо саднило, легкие горели огнём. Он понимал — любой из его следующих выдохов может стать для него последним, однако не изрыгать пламя он не мог. Он просто не знал, какие из летящих на него сплошным потоком демонических тварей — иллюзорные, а какие реальные. Однако, когда где-то неподалеку раздался истошный крик невидимой во тьме женщины, он точно знал, что этот то ли крик, то ли плач — реален. Более того, у главы Великого рода Брандембурских серебряных драконов, герцога Адмара делло Бранд впервые в его жизни от дурного предчувствия сжалось сердце. Более того, он вдруг с удивлением обнаружил, что из его глаз неудержимым потоком льются слезы. «Какого некроса я плачу!» — гневно подумал он, пытаясь взять себя в руки. Однако слезы лились и лились… Рыдания сотрясали тело старого боевого дракона, и он не мог их остановить. Он исторг отчаянный хриплый рык и вновь полыхнул пламенем. А затем вновь и вновь, пока вместо пламени из его пасти не начал исторгаться лишь жалкий, надрывный стон… |