Книга Семья для черного дракона, страница 70 – Алиса Рид

А простынь под ним вдруг оказалась мокрой.

Герцог Доминик Сторент

В первый раз, после долгого сна я проснулся от странного ощущения. Словно кто-то сбросил меня на грязный, обшитый досками пол, который к тому же, неровными скачками, двигался. Дракон, теплый, живой, родной – дремал, обняв меня жесткой чешуйчатой лапой и, словно куполом, накрыл крылом.

Я бы хотел и дальше продолжить свой сон в этих мягких объятиях, но голоса! Возбужденные, в стельку пьяные. Прислушавшись я даже разобрал какие-то обрывки диалога, между этими людьми:

- К вечеру довезем, скинем родственничкам, и я такой местечко знаю!!! Помню там подавали дивной крепости эль!

- Искушаешь… ох как искушаешь! Может ну его? Снесем в ближайшую канавку, там и прикопаем… - предложил второй.

- Не, нельзя. Кристалл тогда накажет. – грустно ответил первый.

К родственничкам? Каким? Со стороны отца он был единственным живым родственником. Может быть кто-нибудь сохранился со стороны матери? Я ведь совсем не знал ее. Только то, что отец выбрал в жены знатную аристократку, которая сбежала едва я появился на свет. Когда-то я даже пытался обнаружить сходство между странным, угловатым подростком в зеркале и этой светловолосой женщиной, счастливо улыбающейся на свадебном портрете. Может быть я даже вернусь к этому занятию, если выживу.

В фамильной галерее вообще было много таких портретов. И схожесть семейных историй настораживала. С одной из картин, такая же красивая и довольно молодая на меня смотрела бабушка, оставившая младенцем моего отца. Всего семь портретов, семь одинаковых судеб. Было ли их больше? Скорее всего да. Но тогда не писали портретов. Наверное, отец смог бы прояснить что-нибудь, но он трагически погиб при нападении Уолкеров на королевский дворец.

А я отбросил выяснения до лучших времен. Может, если бы сразу не поленился и выкроил время, что-нибудь да накопал бы, и то точно знал, есть ли у меня родственники.

Под мерный стук колес об относительно ровную поверхность дороги я снова уснул. И проснулся, когда вокруг меня была…вода! Горячая, странно пахнущая. Откуда я могу помнить это воду? Знакомый запах. Горы! Это точно были горы!

А потом пришла боль.

Нагретое теплом тело кто-то сильный и безжалостный начал разрывать на части. Я кричал, как никогда в жизни. Падал, потом пытался вставать и снова падал. Вцеплялся пальцами в драконью шкуру… Мой мучитель и не думал останавливаться, с силой выдергивая слабые ноги и буквально выворачивая каждый палец. Неужели это все? Так и закончится? Что ж, спасибо тебе, незнакомый убийца. В одном ты оказался полезен, что дал мне вспомнить и снова почувствовать, что у меня есть руки и ноги.

Да. Я их чувствовал.

И не перестал, когда вдруг рядом со мной возник Ангел. Настоящий, что встречает душу при переходе за грань, бережно берет за руку и уводит за собой.

Я не видел ее лица, не ощущал ее запаха, почти оглушенный болью я даже не смог разобрать слова, что она тихо шептала мне. Что говорят Ангелы, когда провожают в последний путь? Наверное, что-то вроде: «Ты был хорошим драконом, Доменик…» или «Доменик, из тебя вышел плохой дракон, после перерождения ты будешь ящерицей…». Сквозь боль я даже рассмеялся. Но Ангел не убрала эту выворачивающую и оглушающую, лишающую здравого смысла боль. Она дала больше, чем я мог себе представить.