Книга Голос прибоя, страница 152 – Эмма Хамм

Закончив рассказ, она положила руку на стекло напротив него:

— Ундины – чудесный народ. И они куда больше похожи на нас, чем я раньше думала.

Лаура улыбнулась:

— Я знаю. Мы видели твое послание.

— Какое послание?

Мужчина в очках поправил их на носу и ответил:

— То, которое ты отправила во все города. Здесь оно тоже появилось.

— Я знаю, что это была ты. – Глаза Лауры блестели от гордости. – Кому еще хватило бы наглости бросить вызов городу Тау с помощью дроида?

— Откуда ты знаешь, что я использовала дроида?

Женщина за спиной Лауры развернула к ней экран. На нем застыл последний кадр видео, которое она смонтировала. Но это была не кровавая картинка мертвого ундины, слишком похожего на человека. Нет, это было ее фото.

Никто бы не догадался, что это Эйс. Она стояла перед круглым окном своей часовой башни в Гамме, спиной к Тэре, озаренная неоновыми огнями.

К фотографии были подписаны слова, разбившие ей сердце заново:

«Человеческое сострадание – это самая могучая сила, что у вас есть.

Воспользуйтесь ею».

— Тэра, – прошептала она, закрывая рот рукой. Глаза снова наполнились слезами. – Этот дроид был одним из лучших.

— И этого дроида сделала ты, – сказала Лаура, опускаясь перед сестрой на колени. Взяв ее за руки, она чуть сжала пальцы Эйс в ладонях. – И теперь мы просим тебя сделать еще больше вместе с нами. Дроидов, которые смогут присматривать за людьми, пообещавшими поступить правильно и нарушившими эти обещания. Мы хотим помочь, Эйс. Просто скажи нам как.

Она посмотрела через плечо на Макетеса, уже начиная придумывать новый план.

— Вы на всё согласны?

— Да.

Остальные трое отозвались согласным эхом.

Так что Эйс улыбнулась Макетесу и спросила:

— Хватит у нас места для них?

Ундина закатил глаза, а потом кивнул и постучал себя по уху.

— Точно. – Она развернулась к остальным. – Как смотрите на то, чтобы переехать в новый дом? И получить чип-переводчик, чтобы понимать ундин?

Макетес водрузил последний камень на башню, которую помог построить. Она была не очень высокая, не такая, как возводили в честь некоторых погибших из его народа, но ее все равно было видно издалека. Каждый камень был воспоминанием, и широкие камни в основании были самыми важными из них.

Вокруг стояли башни повыше, и множество мелких стопок, которые уже опрокинуло волнами. В его народе разрешалось скорбеть, пока стояли камни. Океан был осторожен с башнями тех, кому нужно было больше времени. Но как только течение скидывало камни, приходило время двигаться дальше.

Устанавливая каждый камень, они произносили вслух воспоминание о дроиде, отдавшем жизнь ради их выживания. У Тэры получилось. Каждый город, что еще не пал, получил сообщение Эйс. Вероятно, даже Тау. Макетес сомневался, что в том городе это вызвало какой-то отклик, но, может, даже там паре людей стало неуютно при виде правды о том, что они творили.

Эйс зависла рядом, держась рукой за его плечо и дрыгая ногами, чтобы держаться в воде. Притянув девушку поближе, он прижал ее к сердцам и слушал тихие звуки ее печали.

На этот раз они обошлись без щупальца. Вместо этого она надела сделанную Мирой дыхательную маску, чтобы поплавать самостоятельно и выплакать свое горе. По крайней мере, Эйс было проще чувствовать свои эмоции, когда его дыхание не сбивало ее тело с толку. По крайней мере, так сказали Аня с Мирой.