Книга Невеста короля наг, страница 160 – Александра Миронова

Таиса ощутила, как напряжение, копившееся в ней с момента пещеры, наконец отпускает. Она медленно выдохнула в губы Накарата, и этот выдох стал чем-то большим, чем просто дыханием: ее согласием и принятием.

— Ты… больше не исчезнешь? — тихо спросила Таиса.

Накарат отстранился лишь на миг, чтобы посмотреть ей в глаза, будто запоминая этот момент.

— Не исчезну, — выдохнул он в ответ.

Его пальцы скользнули по ее руке, переплетаясь с ее пальцами, и Таиса вдруг поймала себя на том, как ее грудь распирает от чувства, которое в тот момент она могла бы озаглавить как абсолютное счастье, доставшееся через тернии.

Накарат медленно накрыл Таису своим телом с всепоглощающим желанием запомнить, как она реагирует, как отвечает и как доверяет ему. Девушка прижалась к нему, позволяя себе быть любимой. Когда она сжимала пальцы на его плечах и спине, ей казалось, что она видит переливающиеся чешуйки под его кожей, которые словно обнажали его уязвимость и являлись олицетворением его полного ответного доверия. Исходящее от Накарата тепло, чуть прерывистое дыхание и взволнованный ритм сердца, бьющийся в унисон вместе с сердцем Таисы — всё это было настоящим, искренним и живым, принадлежащим только им.

Мир больше не содрогался и не трещал по швам. Он наконец-то встал на место, и две души, нашедшие дорогу друг к другу спустя семьсот лет, стали частичкой этого мироздания.

Рассвет незаметно подкрался тонкой светлой полосой, разрезающей темноту. Мир словно дышал тише, боясь спугнуть то хрупкое равновесие, установившееся между двумя любящими сердцами.

Таиса лежала, уткнувшись лбом в грудь Накарата и слушая его сердцебиение: ровное, живое и никуда не исчезающее. Впервые за долгое время она чувствовала себя в безопасности и ощущала чувство полного умиротворения. Накарат рукой прижимал девушку к себе как самую величайшую драгоценность, за которую боялся, как бы она не растворилась и не превратилась во что-то эфемерное. Другой рукой он медленно поглаживал ее по голове и играл с ее волосами.

— Ты сказала… что всё помнишь, — тихо произнес Накарат, долго внутренне готовясь к этому моменту, потому что боялся, что любое слово может нарушить это утро.

Таиса замерла. Ее дыхание стало чуть глубже и медленнее.

— Помню, — так же тихо ответила она.

— Тогда… — Накарат сделал паузу, подбирая слова, — теперь ты можешь рассказать, что на самом деле произошло семьсот лет назад? Твои слова проклятия и твоя последующая смерть… Теперь я могу узнать правду?

Таиса приподняла голову и посмотрела на него. В его глазах она увидела готовность услышать всё, что раньше он знал лишь обрывками и строил догадки. Девушка долго молчала, словно сомневаясь, стоило ли ему это знать, или пусть события давно прошедших дней канут в лету… Потом Таиса вновь прижалась к Накарату, спрятав лицо у него на груди.

— Это было то, что я не могла разрешить ни как твоя возлюбленная, ни как почтенная дочь… Из двух зол я решила выбрать третье.

Накарат сжал ее чуть крепче, принимая этот ответ, не торопя и не перебивая. Свет рассвета медленно наполнял комнату, вытесняя ночные тени, и вместе с этим светом память, слишком долго запертая, начала открываться.

* * *

Когда Маюрин вернулась из мира духов, который, на самом деле, не имел какого-то мистического входа и выхода, лишь ограничивался подземными пещерами, из которых она всегда могла выйти на свет, и вернулась в мир людей повидать родителей, те были вне себя от счастья, которое, однако было окрашено и тревогой.