Книга Проклятье академии Ардман, или Все равно ты будешь мой, страница 9 – Ксения Винтер

«Что ж, похоже, клеймо неблагонадёжной личности не коснулось его детей», — мысленно отметила я удовлетворённо. Мне всегда казалось страшной дикостью, что дети, супруга, а порой и родители с братьями и сёстрами вынуждены отвечать за преступление членов семьи. Это же несправедливо! Сами-то они ничего не совершили и скорее всего даже не знали о тёмных делишках своего супруга/отца/брата. И всё равно были обязаны разделить его участь в изгнании, а то и на каторге.

— Ваше Высочество беспокоит моё происхождение? — вновь вернувшись к официальному обращению, спросила Виллемина, не сводившая с моего лица пристального взгляда.

— Нисколько, — покачала я головой и улыбнулась. — Если уж граф Эрин считает, что ты можешь работать в тайной канцелярии, значит, никакой угрозы ни для меня, ни для престола не представляешь. Да и твой отец, если уж на то пошло, помилован, и помилование своё заслужил честно, потом и кровью так сказать. А это далеко не каждому удаётся.

Плечи Виллемины немного расслабились, а затем она резко опустилась передо мной на одно колено, почтительно склонив голову, и заявила:

— Я клянусь Вашему Высочеству, что буду служить вам верой и правдой, и, не раздумывая, отдам за вас жизнь, если потребуется.

— Во-первых, в который раз повторяю: не Ваше Высочество, а Элли. А во-вторых, не надо отдавать за меня жизнь! — я поспешно подошла к девушке, цепко ухватила её за локоть и потянула наверх, вынуждая подняться на ноги. — В конце концов, мы же не на войну отправляемся, а всего лишь в магическую академию! Ничего опасного там быть не может. Так что расслабься, улыбнись — я уверена, у тебя должна быть очень красивая улыбка! — и начни вести себя не как солдат на службе, а как обычная девушка.

Виллемина вздохнула и приподняла уголки губ в слабом намёке на улыбку.

— Так-то лучше! — удовлетворённо кивнула я. — Повтори-ка, как ты должна ко мне обращаться?

— Элли, — покорно отозвалась та.

— Умница. А я как могу тебя называть?

— Как тебе будет угодно.

— Ты едешь в академию под своим именем?

— Да, только фамилия будет Гойо.

— Виллемина Гойо значит, — задумчиво протянула я. — Звучит красиво. Ты не будешь возражать, если я стану называть тебя просто Мина?

А вот теперь на губах девушки расцвела самая настоящая, искренняя улыбка, смягчившая несколько грубоватые черты лица и сделавшая её очень даже миловидной барышней. Осталось только подобрать подходящее платье, сделать правильную причёску, немного подкрасить глаза и губы, и от кавалеров отбоя точно не будет!

— И в школе, и в академии меня всегда называли Вилли, — сообщила она немного смущённо. — Да и отец с братьями тоже. Только матушка предпочитает величать Миной.

— А тебе самой как больше нравится?

— Мина, — уверено ответила та.

— Прекрасно, Мина. У нас есть день на подготовку к предстоящему учебному году, и я собираюсь потратить его с пользой. Так что мы с тобой едем в город! Будем делать из нас молодых леди из не очень родовитых, но достаточно обеспеченных семей. Возражения не принимаются! Ты не будешь играть роль моей страшной подружки или бедной родственницы.

Чтобы сильно не выбиваться из общей массы студентов, я решила прибыть в академию традиционным способом — на поезде, а не через портал. Отец, как ни странно, не возражал. Только пожелал мне удачи, а Мине вручил кулон — крохотный стеклянный цилиндр в медной оправе, внутри которого находилось непонятная бирюзовая жидкость.