Книга Проклятье академии Ардман, или Все равно ты будешь мой, страница 19 – Ксения Винтер

— Даже удивительно, что в этой голове есть что-то путное, — небрежно бросила Амалия Кэйн — низенькая, чуть полноватая колдунья лет пятидесяти, с короткими кудрявыми волосами цвета спелой пшеницы, преподающая теорию магии, — после того, как я правильно ответила на её вопросы.

— Знание школьной программы — не предмет для гордости, — презрительно скривился профессор Акони, когда я перечислила ему все руны, использующиеся для запечатывания тёмной энергии в сосуд.

А профессор Ради — совсем молоденькая преподавательница истории, больше двадцати пяти ей на вид и дашь, — и вовсе прямым текстом заявила, что таким, как я, не место в академии Ардман.

— В нашей академии учатся лучшие из лучших, — вперив в меня суровый взгляд серых глаз, категорично проговорила она. — Уверена, все недостойные, попавшие сюда обманным путём, вскоре нас покинут.

— Думаю, стоит рассказать об этом безобразии ректору, — по окончании занятий серьёзно заявила Мина. — Не должны преподаватели настолько предвзято, причём со знаком минус, относится к студенту, тем более в первый учебный день, когда он ещё ни в чём не успел провиниться.

— Нет, — категорично отказалась я. — Я не стану бегать к крёстному из-за подобных мелочей. Сама справлюсь. В конце концов, слова — это всего лишь слова. Как-нибудь переживу.

Моё показное равнодушие было лишь маской, за которой я привычно скрывала уязвлённое самолюбие. Да, я умела быть острой на язык и легко вступала в дебаты, особенно когда кто-то пытался меня задеть. Однако это не означало, что чужие слова не оставляли раны на моей душе. Особенно когда их с завидным упорством, точно заученную песню, повторили сразу несколько уважаемых в академии преподавателей, с которыми мне, на минуточку, предстояло провести целый семестр.

Несмотря на то, что со вчерашнего дня я ничего не ела, и живот оглушительно урчал, я не смогла перебороть брезгливость и хоть что-то съесть в столовой. Зато на выходе неожиданно столкнулась с Алкуром, который проигнорировал абсолютно все занятия, пропадая неизвестно где.

Я бы, в принципе, даже не обратила на него внимания, если бы не унюхала восхитительный запах свежих пирожков, исходивший от рюкзака за спиной парня.

— Прошу прощения за навязчивость, — я подошла к Алкуру, едва ли не капая слюной.

— Голодная, да? — окинув меня оценивающим взглядом, понятливо хмыкнул тот и молча достал из рюкзака парочку румяных пирожков, завёрнутых в промасляную бумагу. — Вот, держи, угощайся.

— Спасибо, — я окончательно смутилась, но угощение приняла. — Меня Элетра, кстати, зовут. Можно просто Элли.

— Да знаю я уже, — отмахнулся Алкур, усаживаясь на перила крыльца столовой. — Наслушался за день.

— Чего наслушался? — не поняла я.

— Занятных историй о том, что на факультет боевой магии поступила малолетняя любовница ректора.

Я аж поперхнулась от такого известия, так что Алкуру пришлось хлопать меня по спине.

— Кто тебе такую глупость сказал? — моему возмущению не было предела.

— Так все об этом говорят, — пожал плечами Алкур. — И охранник в общаге, и преподы.

— Откуда ты знаешь, о чём говорят преподы, если ты сегодня ни на одном занятии не был?

— А я возле административного корпуса крутился, вот и услышал, как две какие-то мымры судачили, что Фейтман на старости лет из ума выжил, раз изменяет своей во всех смыслах идеальной жене с какой-то малолеткой.