Книга Дитя Тёмного Лорда, страница 98 – Алла Биглова

— Вот только прогадал ты, отец, — Магнус усмехнулся. — Я не убийца. Никогда им не был и никогда не стану. Твоя внучка — метаморф. Сюрприз сюрпризный, не правда ли?

Максимус побледнел. Он молчал, переводя взгляд с одного участника беседы на другого.

— Правы были провидцы, — наконец, заговорил он. — От плохой суки и щенята будут плохие — их топить надо было сразу.

Мы остолбенели от его наглости, и только Энжина смогла вставить колкую фразочку:

— Что ж ты тогда женился на ней? Или предсказать не мог, что всё может быть так плохо? Какой же ты провидец тогда. Шарлатан!

На его Максимусу нечего было сказать, и он обидчиво отвернулся к стене.

Следующие несколько дней прошли в суматохе. Назначить и провести суд сразу же — не вышло. Во-первых, появились люди, которые всячески пытались встать на его защиту. Во-вторых, что удивительно, среди слуг появились те, кто был готов признаться о злодеяниях Максимуса и его зверских приказов. В итоге, с обеих сторон набралось огромная куча свидетелей, которых надо было послушать и записать в дело.

У меня волосы на спине шевелились от узнанного. Судя по всему, он заслужил не просто смертную казнь, а несколько смертных казней. И я просто обязан довести дело до конца.

В конце третьего дня я тёр виски, пытаясь справиться с головной болью. Исцеляющие зелья уже перестали помогать, и я был готов поверить в высшие силы и начать им молиться, чтобы это как можно быстрее прошло.

Энжина вернулась в гостиницу, Артур ежедневно отчитывался о происходящем там. Я изнывал — очень хотел вернуться к возлюбленной и провести с ней время, не боясь за её жизнь.

Наконец, настал день верховного суда. Отец с ненавистью смотрел на каждого из своих сыновей, держа руки в антимагических наручниках наготове. Он не мог колдовать, но по привычке наговаривал всем проклятья, называя их пророчеством. И даже лояльные люди всё больше подумывали о другой стороне. Всё меньше оставалось сторонников, и лишь его дворецкий защищал его до конца.

Мы выслушали всевозможных свидетелей, судья кивал и бледнел — ему впервые пришлось принимать решение о казне бывшего правителя. Прекрасно его понимал, и даже если он назначит ему пожизненное заключение, я, как король, имел право его казнить. Магнус и Артемиус, кстати, тоже имели такие права, как ближайшие к королю люди. Принцы.

Судебное слушание затянулось. В конце концов, судья уже и сам склонялся к казне, но всё ещё сомневался.

— Может быть, пора напоить Максимуса зельем истины? — хмыкнул Магнус — в нашем мире это была последняя мера, к которой прибегали крайне редко.

— Не слушайте его! — завопил Максимус, испуганно. — Он иллюзионист! Я — последний, кто сдерживает этот мир от разрушения!

— Ты это говоришь потому, что натворил много делом и не хочешь раскрывать их под зельем? — Магнус остался спокойным.

Похоже, братец привык к нападкам отца, и теперь довольно улыбался. Казалось, ничто неспособно было выбить его из колеи.

— Да как ты смеешь, щенок… — осунулся Максимус. — Я тебя выростил…

— И убил нашу мать. Прекрасно. И заставил меня пойти на преступление, — ответил ему Магнус.

— Несите зелье истины, — тяжело вздохнул судья. — Иначе это затянется.

Максимус поморщился, но не выдал себя. Ему буквально впихнули в глотку это зелье. Если честно, я был солидарен с судьёй и мечтал, чтобы эти мучения поскорее закончились.