Книга Теорема любви для непокорной Звезды, страница 122 – Анастасия Милованова

— Значит наш Аммиталь ранее был известен как Маэль Маврилик. Алмазный дракон, значит, — дочитав выписку из семейного архива, Итан откидывается на спинку и в задумчивости поглаживает подбородок. — Что ж, это многое объясняет. И то, каким образом ему удалось возвести такую клетку. И то, как он столько столетий поддерживал её целостность.

— Но зачем ему тогда нужны были искры? Он же стольких погубил! — оторвавшись от чтения, спрашиваю я.

Сплетаю руки вокруг шеи Итана и заглядываю в его глаза. Мы говорим на больную тему, но в объятиях дракона всё кажется каким-то далеким. Произошедшим не с нами.

— Любой резерв, даже искусственно раскачанный и регулярно наполняющийся чужими силами, рано или поздно изнашивается. Сдается мне, и падучая эта приходила именно от Аммиталя. От его загибающегося резерва. А Искры не только брали на себя поддержку клетки, но и лечили связанного с ними императора.

Мы замолкаем, а перед моими глазами проносятся последние минуты жизни Аммиталя. До того, как он обратился в дракона. Он ведь действительно выглядел как демон, весь почерневший и с алыми глазами.

— Единственное, что я никак не могу понять, — заговаривает Итан, глядя строго перед собой. Как всегда, когда уходит куда-то далеко в свои размышления, — так это почему предыдущие Искры восстанавливали клетку? Понятно, почему мы с тобой ее разрушили. Наша истинная связь помогла. Но ведь искра всегда остается искрой, она в любом случае должна была освободить Аштара и Камалисс.

Ответ на его вопрос приходит почти сразу. Кладу руку на грудь Итана, туда, где размеренно бьется его сердце и повторяю слова Камалисс:

— Проклятое сердце отравляет все вокруг.

Дракон встревоженно смотрит на меня, а затем взгляд его проясняется.

— Ну конечно! — Итан мягко бьет себя по лбу. — Отравленная магия Аммиталя извращала и искру! А из-за того, что император не разделял ритуал со своей истинной, она погибала от чудовищной нагрузки.

— Ты у меня такой умный, — склоняюсь, целуя дракона в уголок губ.

— Это сарказм? — приподнимает бровь Итан.

— Что ты, констатация факта, — еле сдерживая улыбку, целую его в нос.

— Миррали, — нарочито строго журит меня дракон. — Ты сейчас доиграешься.

— Не раньше, чем мы договорим, — шутливо пугаюсь я.

Хватаю приложенное к бумагам письмо и с преувеличенным интересом принимаюсь за чтение.

— Что там? — Итан дергает меня на себя, явно недовольный таким фокусом.

— Армониан передает привет и требует приглашение на свадьбу, — зачитываю я короткое послание. — А также выражает надежду, что несмотря на родство Аммиталя с правящей веткой драконов Валестии, между Демастатом и империей не будет разногласий.

От этих коротких строк внутри разливается тепло. Да, оно формальное, но в каждом слове ощущается фирменное ехидство драконьего принца. И откровенно говоря, я рада тому, что мы останемся друзьями.

— Ты чему там улыбаешься? — ревниво ворчит Итан, выхватывая у меня послание и переворачивая лист в поиске скрытого текста.

— Просто рада хоть какой-то весточке от друзей.

— Значит Армониан для тебя только друг? Не жалеешь, что ваша свадьба сорвалась? — прищуривается дракон, а до меня волной доходит недовольство зверя.

В удивлении смотрю на Итана. Это что за собственнические порывы?

— Знаешь, мне кажется, я поспешила с оценкой твоих умственных способностей, — поддеваю его, а сама сильнее обнимаю Итана за шею. — Серьезно, какие у тебя могут быть сомнения? Ты мой истинный. Но что более важно — я люблю тебя не по зову магии и судьбы, а всей душой и сердцем. Тебе мало?