Книга Теорема любви для непокорной Звезды, страница 104 – Анастасия Милованова

— Что ж, раз демонстрация сил моей невесты прошла успешно и падучая излечена, значит уже завтра можно провести ритуал, — преувеличенно бодро заявляет Аммиталь, не отпуская моего взгляда. Он заявляет это в первую очередь мне. — Прошу моих генералов собраться в зале Совета. А остальных — поздравляю со скорым началом новой жизни!

Кто-то начинает хлопать, но очень быстро эти хлопки глохнут. Зрители больше не очаровываются Аммиталем, а тот почему-то не спешит применять магию. Но и без нее, император силен, ведь гвардия по-прежнему при нем.

— Нам пора паковать чемоданы? — тихо интересуется Дар.

— Ах да, — будто услышав его слова, оборачивается Аммиталь. — Лорд Райнхарт, доставьте Миррали в мои покои. Нам пора закрепить брачный договор.

Тишину в святилище нарушают только мои торопливые шаги и раздраженное дыхание. Итан убедил Аммиталя, что мне нужно подготовиться к брачной ночи, напитавшись силы в обители Камалисс. Правда в качестве залога пришлось отдать императору фракисы, но Итан заверил меня, что ничего с малышами не будет. И вроде бы прекрасно понимаю, что таким образом ректор хоть на время, но спрятал меня от загребущих рук Аммиталя. И всё же! Итан практически запер меня здесь, не дав ни помочь, ни поучаствовать в собственной судьбе. Ему, видите ли, виднее, как защитить меня! Еще и с Лираники взял обещание не выпускать меня отсюда.

Но я не маленькая девочка, я могу за себя постоять!

Фыркнув, останавливаюсь у портрета матери.

— Тебя тоже не спрашивали и все решали за тебя? — спрашиваю, глядя в янтарные глаза.

Игра теней создает впечатление, будто Лита смотрит на меня с сочувствием. А мне сейчас не это нужно. Я хочу действовать! Аммиталь желает закрепить брак, но ведь проклятие можно снять и без этого гнусного акта. Я смогла очистить Обелиск, значит мне под силу и с проклятьем справиться.

Ладони начинает покалывать от пребывающих сил. С удивлением смотрю на поднимающееся от рук марево с янтарными искрами. В голове возникает голос, который шептал мне во время изгнания падучей:

— Освободи… Прости… Отпусти…

Женщина. Уверена, это Камалисс. Она же приветствовала меня, когда я случайно коснулась Светоча в первый день пребывания в Драгрис. И чем больше я думаю над отрывками её посланий, тем больше убеждаюсь, что все вокруг — ложь. И ритуал, который так нужен императору, не для снятия проклятия.

Здесь что-то не так! Здесь однозначно всё не так!

— А-а-а-а, — раздраженно выдыхаю, вскидывая лицо к потолку. — Почему меня все время пытаются от всего оградить?

— Потому что любят?

Тихий голос Лираники заставляет меня вздрогнуть. Резко оборачиваюсь и обнаруживаю служительницу, замершую совсем рядом. В руках женщина держит небольшой поднос с двумя пиалами и чайничком. Судя по запаху, плывущему по галерее, Лираника решила угостить меня чем-то цветочным. И, могу поспорить, успокоительным.

— Я не уверена, но мне кажется любовь и контроль — несовместимые вещи?

Гнев и раздражение тут же, повинуясь привычке, отходят куда-то в глубину. Принцессе не пристало выказывать ярких эмоций. И даже при Лиранике я не могу расслабиться. Не настолько мы близки.

— Верно, — соглашается служительница и кивает мне на ступеньки у алькова, где висит портрет Литы. — Присядем? Извини за отсутствие удобств, но мы не ждали гостей так поздно.