Книга Наследница волшебной лавки, страница 97 – Мария Фир

— Я никогда не пожалею, Лина. Я понял это ещё в тот день, когда увидел тебя у магазина Морса.

Адриан Тейлор осторожно положил золотое яичко на чистое блюдце и потянулся ко мне. Я закрыла глаза, позволяя ему обнимать меня, целовать мои волосы, лицо и шею. Шпильки выскользнули из причёски, и Риан бережно расправил по плечам мои локоны, пропуская их между пальцев. Наши губы встретились, и это в самом деле была неизбежность – мы притянулись, как железо и магнит, как создания, которым было велено не отпускать друг друга силами природы и волею богов.

Шёлковые халаты не могли сдержать разгорячённых, рвущихся друг к другу тел. Я задыхалась от его поцелуев, и мои обещания никогда не верить мужчинам таяли с каждой минутой, словно кусочки льда на жарком солнышке. Наконец мой бастион пал – я признала, что верю Риану.

— Я люблю тебя, – прошептал он.

— И я люблю тебя, – в унисон отозвалась я.

И всё же, пусть охваченный страстью любовной стихии, мой магистр был со мной невероятно осторожен. Я никогда не думала, что близость может быть такой – волнующей, но бесконечно нежной, доверительной, лишённой всякого стеснения и условностей.

Мы подходили друг другу как две части чего-то одного, большого и сильного, и наши дары переплетались в единении энергий, наполняя нас обоих восторженным ощущением целостности. Когда всё закончилось, мы долго ещё не решались пошевелиться, боясь разрушить волшебство.

Риан бережно сжимал меня в объятиях и дышал мне в висок, а я уткнулась носом в его здоровое плечо. Из глаз у меня одна за другой упали несколько горячих слезинок – и я впервые поняла, что означает выражение «плакать от счастья». Я была полна новым чувством и не могла сдерживаться.

— Давай переберёмся в спальню, – предложил Риан, когда мы немного отдышались. – Я отнесу тебя туда, моя птичка!

Я вспомнила, как днём мы ехали в золочёной клетке-лифте и магистр обнял меня за плечи. Кто бы тогда знал, чем закончится этот бесконечный летний день! Протянув руку, я подхватила с блюдца мой артефакт с фамильяром, чтобы сунуть его под подушку в спальне.

— Оно дрожит, – хмыкнула я и раскрыла ладонь.

— Завтра утром у тебя будет фамильяр, точно тебе говорю! – пообещал Риан.

До утра было ещё далеко, но нам обоим совсем не хотелось спать. Мы ещё долго разговаривали, пили ягодный чай с десертами, слизывали друг у друга с губ сливки и снова занимались любовью. На рассвете, когда мы заснули, с нежностью прижавшись друг к другу, маленькое золотое яичко дало трещину. Ни я, ни Риан, разумеется, этого не услышали.

Мы спали так крепко и сладко, что нас не разбудили ни яркие лучи солнца, пробивающиеся сквозь щели между задёрнутых занавесок, ни голоса других постояльцев гостиницы, которые вышли во двор к фонтану выпить чашечку кофе или выкурить трубку. Проснулись мы от звонкого чириканья! Ещё не успев открыть глаза, я подумала, что птица поёт на ветке дерева за окном.

— Что я говорил, – сонно пробормотал Риан, обнимая меня и прижимая к своему боку. – Утром у тебя будет фамильяр!

Новая звонкая трель прозвучала прямо у нас над головами, и только тогда я разглядела певуна. Золотистая птица размером с ладонь сидела на люстре и радовалась новому дню. Я сунула руку под подушку и выгребла остатки тонкой скорлупы – и как только эта пташка умудрилась выпорхнуть? Впрочем, фамильяры способны и не на такое, ведь они не обычные животные.