Книга Хозяйка вражеского сердца. В дар по требованию, страница 111 – София Руд

Нет, поможет, если она ему дорога. А она дорога! К тому за её спасение ему ничего не будет! Враг Хагана – я, а не Жансу.

Наконец-то, ураган эмоций на лице Мело заканчиваются, и он берёт себя в руки.

— Понял. Тогда я сам за ней присмотрю, гос… Присмотрю! — произносит он, едва не назвав меня госпожой, но вовремя исправляется.

По его глазам вижу, что хотя бы Жансу сегодня выживет. А я… посмотрим.

— Стойте, — хватает меня за руку подруга, когда я, кивнув на прощание этим двоим, поворачиваюсь к дверям купален.

— Доверься мне, — едва слышно шепчу я. Смотрю на неё с уверенностью, которой у меня на самом деле нет.

Я боюсь. Люто. Но Жансу не надо об этом знать. Пусть думает, что у меня есть какой-нибудь план, иначе не отпустит.

— Мне нужно идти, — убираю её дрожащие пальцы со своей руки и немного сжимаю их, на случай, если больше не увидимся. Тут же корю себя за эту маленькую слабость, натягиваю улыбку и убегаю.

Убегаю, иначе заплакать могу. А мне нельзя. Нельзя быть слабой. Ведь сейчас я должна найти способ спастись! Найти тот самый один выигрышный билет из тысячи! Обязана…

Но он не ищется. Застываю у двери в купальню. Слышу, как за спиной начинается суета. То ли Жансу рвется за мной, то ли Мело хочет её увести. Быстро толкаю дверь и вхожу в купальню…

Шаг. Удар сердца. Пар окутывает меня лёгким коконом. В нос бьёт нежный запах масел и соли. Он должен расслаблять гостей, но чувствую себя дичью, загнанной в ловушку, а после и вовсе застываю, когда нахожу Хагана не в круглой купели, из которой исходит пар, а у стола.

Он не сидит, а стоит, оперевшись на тот самый стол с белой скатертью своей упругой пятой точкой. Руки скрещены на груди. Камзола уже нет. На Хагане лишь белая рубашка. Ткань немного липнет к коже, выделяя рельеф мышц. А на чёрном кожаном поясе я замечаю кинжал в ножнах.

Обычно в таких местах сначала снимают оружие, а потом одежду. Хотя сюда и с оружием не пускают. На то хозяйка и держит охрану. Но Хаган это не простой гость, чтобы следовать правилам.

— Твоя подруга потерялась? — отвлекает от блеска рукоятки кинжала низкий голос Хагана.

— Вам одной женщины мало? — выпаливаю быстрее, чем успеваю подумать.

— Слишком болтлива ты для дамы из дома удовольствий.

— А вы так хорошо нас всех знаете, господин? — не могу не уколоть вновь, за что тут же мысленно отчитываю себя.

Умереть захотела?! Не глупи! Соберись!

— Некоторых вижу насквозь, — тихо, как-то даже пугающе добавляет Хаган. На что это он намекает? — Вижу, что от подружки ты ловко избавилась.

В нём слышится сталь и, кажется, усмешка. Не уверена. Нервы так зашкаливают, то я трачу все силы лишь на то, чтобы выглядеть спокойно и не выдать себя. Перевожу взгляд с кинжала на лицо Хагана и застываю от его взгляда.

Пронзает насквозь. Узнал меня или нет? Не поймёшь.

Но если бы узнал, мы бы точно сейчас не болтали.

— Вы дракон, Ваше Высочество. Потому, наверное, слышали, что я сказала в коридоре. У Пион болит живот. Ей нельзя сюда идти. Всё для вашего же блага, — пропеваю я, а сама подхожу к буфету, где кто-то уже поставил и напитки в серебряном кувшине и фрукты.

Чтобы занять руки и не смотреть на Хагана, беру кубок и наполняю его. Но что я буду делать потом? Придётся отнести этот бокал Хангану.

И отнесу. Как и положено девушкам цветочных домов. Ещё и улыбнусь, если от этого зависит моя жизнь.