Книга Сердце ведьмы, страница 49 – Кейлет Рель

Добравшись до избушки, мы разбрелись по разным углам. Инквизитор сел полировать свой меч рядом с печкой. Я достала несколько лучин и тоже принялась за работу. Мне предстояло разобрать огненные ягоды, сорванные еще месяц назад, и перетереть их в порошок. В простонародье их называли слезами Девы. Это были плоды ландыша, которые выглядели как небольшие алые шарики.

Существовало поверье, что однажды Истле влюбилась в смертного. Он, конечно, не мог жить долго, как богиня. Вскоре настал его час, и мужчина покинул мир живых. Увидев его смерть, Истле горько зарыдала. Она могла бы нарушить законы природы, которые сама же и создала, но решила, что это будет нечестно. Богиня никому не давала сверх того, что положено. Даже ведьмам, своим дочерям.

Слезы Истле огнем пали на землю, превратившись в плоды самого чистого и невинного цветка – ландыша.

Мама говорила, что если огненная слеза попадет в напиток человека, использующего злую магию, то лишит его сил. Всего на пару минут, но и этого бывает достаточно. Я прочитала нужный заговор, усиляя свойства порошка и ссыпала его в маленький флакон.

Когда обернулась, наткнулась на задумчивый взгляд Кресса. Мне показалось, в нем мелькнула толика грусти. Мы молчали весь вечер, а ночью легли спать каждый на свое место. Если не считать необходимых перевязок, я даже не трогала инквизитора. Он в силу непривычки постоянно задевал мои вещи, но это было мелочью.

Утром Кресс все же заставил меня переселиться. Он неизвестно откуда достал лошадей, на одну закинул брыкающуюся меня, на другую – мои вещи. На протестующие вопли инквизитор не обращал внимания.

— Ведьма, – улыбнулся он, – разве я спрашивал твое мнение?

— Скотина! – прошипела я. – Разве Ру говорил, что я твоя пленница?

— Пожалуешься ему, как приедет. А пока… Цыц!

И этот мужлан просто перевез меня на опушку Чащи, где обитали только лесные звери да пичуги. Ни о каких магических тварях – и травах! – речи не шло. Я могла ворчать сколько угодно, но в одном инквизитор был прав. Чаща не обращала внимания на людей. Она меняла все вокруг на свой лад, не намереваясь кому-то вредить или помогать. Просто однажды мы могли проснуться в другом веке или у границ Белых Садов. Такая себе перспектива.

К тому же, моя избушка была тесной даже для одного человека. Что уж говорить о двух! И инквизитор был гораздо выше меня, шире в плечах – в общем, гора мускулов и лужица мозгов. Он попросту бился лбом о балки и постоянно задевал меня, когда проходил мимо. Каждый раз, когда мы с Крессом соприкасались, он отскакивал подальше и зыркал на меня своими темными глазищами.

Не пересчитать, сколько раз он задевал стол или полки, роняя на пол баночки и рассыпая ценные компоненты. Работать в таких условиях было нереально.

Каждый раз, когда мне требовалось провести простенький ритуал, я отсылала инквизитора за водой, ведь Кресс ужасно относился к ведьмам и мог отрубить мне голову за колдовство, не дожидаясь суда. Я знала, что он слышит заговоры, но не реагирует. Инквизитор мог решить, что это обычное нашептывание, которым занимаются бабушки в деревнях. Ничего необычного. Вот только у нас уже все тары были заполнены водой, и мои просьбы выглядели мягко говоря подозрительно.

Кресс и так с меня глаз не сводил. Как не обернусь, смотрит. Будто стоит ему отвернуться, я тут же превращусь в ядовитую змею и поползу жалить невинных детишек.