Книга Руны страсти: тату для эльфа, страница 7 – Наталья Белецкая

К сожалению, даже перерисовать руну по трафарету не получилось. Как только я коснулась кожи эльфа, он неосознанно махнул рукой, едва не выбив у меня карандаш.

— Держи его! — крикнула я Рону, и тот послушно прижал руки Эалиндила к кровати. — Придется тебе помогать мне все время.

— Э, нет! У меня еще дела. Может, его как-то зафиксировать? Привязать к кровати, например.

— Ты в своем уме⁈

— А что такого? — искренне удивился оборотень. — Он же эльф, в медведя не превратится, веревки не порвет, кровать тебе не сломает. Так, подрыгается немного…

— Р-р-рональд!

— Чё ты рычишь на меня, как дедушка⁈ Я его хорошо привяжу, качественно. И руки, и ноги, даже рот заткну, чтобы не орал!

М-да, похоже, он не шутит. Оборотни вообще народ своеобразный и толстокожий. Как в прямом, так и в переносном смысле. Особенно медведи.

— Представь, очнется он привязанный на кровати с заткнутым ртом, подумает, что его тут пытают.

— Ну и что? Сначала подумает, потом вспомнит и раздумает. Не волнуйся!

Господи, ну как ему объяснить-то!

— Пойми, у него потом может возникнуть психологическая травма.

— Чего-чего? Ты его бить будешь, что ли?

Да он издевается!

Пока я набирала воздух в легкие и соображала, что бы ответить, с кровати послышался сдавленный смешок. Эльф пришел в себя и потешался над нами.

— Вот, глянь, какой он веселый! — обрадовался Рональд. — Лин, ты же не против, если я тебя привяжу к кровати? А то ты, когда отключаешься, дергаешься от любого прикосновения, Яне неудобно рисовать.

Лин, значит. Это, видимо, сокращение от Эалиндил. Согласно традициям остроухих, право называть эльфа коротким именем надо еще заслужить. Это определенная степень близости и доверия. Значит, они с Роном не просто знакомые, а друзья.

— Ты сам куда собрался? Что у тебя за дела? — хрипло спросил эльф.

— Кто-то мог проследить за нами, когда мы сюда ввалились, а подставлять Яну нехорошо. Я вызвал по связи побратима, он зайдет с другой улицы, а потом мы пошатаемся по злачным местам. Он наложит на себя иллюзию эльфа. Надеюсь, в темноте особо никто приглядываться не будет.

— Ты собрался вместе с ним проложить ложный путь для тех, кто мог следить за нами?

— Да. Хотя, надеюсь, мы раньше хвост сбросили, но в этом деле лучше перебдеть, как говорит Яна. Кстати, ты не возражаешь, если побратим наденет твою куртку?

— Не возражаю.

— А против привязывания? — вклинилась в их разговор я.

— Тоже нет. Я бы еще что-то антимагическое посоветовал. Кандалы, например. Боюсь, что, не контролируя себя, я действительно могу навредить.

— Извини, Лин, антимагичесеских кандалов не захватил, — развел руками Рон. — Но веревки будут с тем же эффектом.

Не успел оборотень договорить, раздался звонок. Пришел один из побратимов: светловолосый парень по имени Дион, оборотень-лис. Вместе с Роном они быстро привязали эльфа, причем, остроухий сам руководил процессом.

М-да. Я определенно чего-то не понимаю в людях этого мира. Хотя если говорить без эмоций, другого варианта, кроме фиксации рук и ног эльфа, я не видела. И, видимо, Эалиндил тоже это понимал. Неприятно, конечно, но все это ради того, чтобы выжить.

Дион не мог похвастаться внушительным ростом и мощной фигурой, какими обладали почти все оборотни-медведи, но зато по комплекции вполне походил на эльфа. При наложении иллюзии сходство и вовсе стало почти полным.