Онлайн книга «Эльфийка в розыске»
|
Невольно сравнивая, вспомнил свое постыдное прошлое. Тот самый день… Лишенный смущения, жадный взгляд темных глаз… Ловкие женские руки, с длинными острыми ногтями, стремительно освобождающие меня от одежды, срывающие белье, оставляющие неосторожные отметины на коже… Пахнущее дорогими маслами и благовониями обнаженное тело, которое я неловко и неумело накрыл своим… Болезненная хватка тонких пальцев на возбуждённом естестве, настойчивая, направляющая… Короткое забытье, наполненное удовольствием тела и резко прервавшееся. Забытье, на смену которому пришло ощущение неправильности произошедшего. Ощущение фатальной ошибки. Глядя на распростертое подо мной на дорогом ложе, подрагивающее от удовольствия обнаженное тело, замечая чувство холодного триумфа в раскосых темных глазах, пресыщенно скользящих по моему телу и лицу, я ощущал тогда, как место влюбленности в душе, которое умело до этого во мне взращивали и подогревали, занимает сосущая пустота и чувство брезгливости, отвращение к ней и самому себе. Появилось нестерпимое желание оказаться как можно дальше оттуда. Прикрыться. Уйти. Помыться… Отмыться… Позднее я часто хотел забыть тот день. Но не позволял себе. Жизненные уроки забывать нельзя, даже такие болезненные. Мой лишил меня не только невинности, но и наивности. Ожесточил. Превратил в замкнутого нелюдимого циника, ни единого слова не принимающего больше на веру без проверки. Всё без утайки рассказав тогда семье, я с головой ушел в тренировки. Брался за любую работу чтобы забыться, чтобы реже появляться в городе. Всю свою любовь и заботу отдал родным. Лишь им безоговорочно верил. Она не сразу исчезла из моей жизни. Ещё много попыток предпринимала после. Чтобы что? Вернуть свою утраченную власть надо мной? Использовать снова? Ее хитрость и женские уловки на мне больше не работали, я начал видеть их насквозь и понимать. Словно до этого закрытые глаза наконец открылись. Не понимал, никак не мог понять, как не замечал всего этого раньше? Как не понимал, что меня умело одурманивают и просто используют… Даже в качестве наложника я ей был не нужен. Даже для этой не слишком почетной роли не подходил по статусу — сын вдовца, простого воина. Она злилась моим отказам, моему вежливому, но холодному отношению. Злилась, но сделать ничего не могла. У нее не было рычагов давления на меня или мою семью, а действовать открыто, используя положение своей семьи, она не смела — наша связь была постыдной и тайной. Способной разрушить ее репутацию. И я этому был рад. Именно это меня и спасло. Заставило ее в конечном счёте смириться и отступить. И я очень надеялся, что навсегда… За прошедшее время она успела взять еще двух мужей, которые были даже младше меня, но более высокого положения. Её гарем пополнился ещё на дюжину наложников… Я не искал о ней известий, они сами меня находили. На постоялых дворах, в которых останавливались с караванами, на стоянках, на рынке. Я пропускал их через себя с холодным сердцем, отклика в нем они больше не находили. Лишь однажды мы с ней снова пересеклись. На площади, в праздничной толпе. Я просто прошел мимо и ещё долго ощущал как ее взгляд прожигает мне спину даже сквозь броню. С тех пор я словно уснул, замёрз вместе с собственным сердцем. Жил будто по привычке. Вставал по утрам и совершал омовения… Тренировался и выполнял работу по дому… Готовил и принимал пищу, вкуса которой почти не ощущал… Заключал и честно, с полной отдачей, отрабатывал контракты, всё чаще оказываясь при этом на волосок от смерти. |