Книга Мой пленный генерал, страница 66 – Лия Шах

Я не нашлась с ответом, поэтому решила просто надуться:

— Тц, ты такой болтливый.

Но вместо того, чтобы обидеться и замолчать, генерал обрадовался и, стягивая военную куртку, сказал:

— Вот видишь! Ты уже что-то обо мне знаешь. А о тех женихах вообще ничего. Это я и имел ввиду, когда говорил, что надо общаться, прежде чем детей делать. Хотя, если тебе очень хочется, я хоть сейчас готов, ай! Не дерись, я просто ж спросил!

Бабуля уже давно сделала чай и нарезала пирог, а теперь пряталась за дверью и слушала, чем дело кончится. Ее любопытное ухо почти вытянулось из-за двери. Надо было быстро что-то решать.

— Генерал, давай поговорим откровенно.

— Я всегда готов к диалогу! Особенно после бурной ночи. Не хочу хвастаться, но я очень опытный, и никто еще не жаловался, ай! Да я пошутил, Лидка! Откровенный, так откровенный! С тобой я на любой разговор согласен. Вещай!

Перед камерами он вел себя непринужденно, высокомерно и хладнокровно. Перед лицом вражеской защитницы, отражающей его атаки, он был решителен и полон намерения победить. Перед лицом локальной катастрофы он не паниковал, был рассудителен и инициативен, чтобы помочь людям. Перед микрофонами репортеров он показал властную и сдержанную натуру, полную достоинства и вызывающую уважение.

Так почему же на моем диване он превратился в придурка? Проблема в диване или в генерале?

— Зачем ты ломился все это время в мою квартиру? Что тебе нужно?

Он убрал диванную подушку, которой минуту назад заслонялся от моих побоев, и посмотрел на мое серьезное лицо. Пара больших глаз ярко сияла, будто расплавленное золото, а темные брови сложились в комичный домик.

— Ты.

— …что?

— Мне ты нужна.

— Э-э… зачем?

— А я еще разве не сказал?! — искренне удивился вражеский генерал. Встретив мой полный недоумения взгляд, он убрал подушку, выпрямился и, ясным голосом сказал: — Ты мне нравишься.

За дверью бабуля с грохотом выронила поднос, я с грохотом уронила челюсть, а генерал с грохотом выбросил совесть. Впервые вижу, чтобы кто-то так нагло врал!

— Ну не хочешь говорить, и не надо. Еще раз сунешься, пришибу. Доброй ночи, генерал.

Высказавшись, потянулась к остаткам сил, что еще были в теле, и приятно удивилась, почувствовав, что все еще могу построить телепорт по каналу генерала. А ведь времени прошло прилично, и следы его колдовства уже должны были рассеяться. Я уж думала, придется его себе оставить. Как же повезло!

Тот тоже, не будь дурак, понял, чем дело пахнет, и схватил меня за руку, выкрикивая:

— Хотя бы скажи, что за слова ты написала на моем эсминце!

Ответить я не удосужилась. Ухмыльнувшись, запустила чары и выдернула свою руку из генеральской хватки. В следующую секунду в гостиной осталась только уставшая богиня и пролитый чай.

— Бабуль… ты не порезалась?

Галактика Кольцо Смерти. Межзвездное пространство. 5218 год после Объединения.

Флагманский эсминец первого генерала Ках-Шахрастара.

Вновь появившись на своем эсминце, генерал не очень расстроился. Сказать по правде, он бы куда больше удивился, если бы неприступная богиня резко сменила гнев на милость. Но что не могло не радовать, так это стойкое ощущение, что лед тронулся.

Как известный в империи дамский угодник, Лаен считал, что довольно неплохо разбирается в женщинах. Он с первого взгляда мог сказать, кому нравится, кому не нравится, а кто только делает отчужденный вид, играя в недотрогу. Богиня была явно не из последних.