Онлайн книга «Подделка»
|
Если выберусь отсюда живой — в первую очередь научусь читать! В итоге использовать что-то не решилась. Пока… Если ситуация с Ранмаром ухудшится, то у меня не останется выбора. Придется лечить наугад, методом далеко не научного тыка. Но об этом даже думать не хотелось. Это же "русская рулетка" по сути. Помимо медицинского чемоданчика, в кабине пилотов, угу, которая, собственно ничем и не отделялась от основного помещения, кроме как высокими спинками кресел, нашла какой-то обледенелый планшет, видимо в спешке небрежно брошенный на приборную панель. Он явно не пережил влагу и низкие температуры, но может носитель информации можно будет как-то извлечь. Вдруг пригодится? Отложила пока на всякий случай. И вернулась к телу, которое к этому моменту уже почти полностью оттаяло ото льда. — Кем бы ты ни была, мне очень жаль. И жаль, что придется сделать то, что я сейчас сделаю. Я понимала, что если вынесу тело наружу, его вероятнее всего сожрут. Но и оставить его здесь, в тепле, я не могла. А хоронить было негде и нечем. Я бы не выкопала могилу во льду даже будь у меня лопата или лом. А в снегу хоронить смысла нет, тело все равно выкопают. Черт! Глубоко вздохнув, я наклонилась и взялась за ноги. И тут мой взгляд упал на обувь покойной. Очень хорошие кожаные ботинки с толстой рельефной подошвой и высоким голенищем. И размер, вроде, как раз мой… Мотнув головой, я снова взялась за ноги… И снова остановилась. Вздохнула тяжело, вспоминая слова Демида. "Когда речь заходит о выживании, брезгливости и ложным принципам не остаётся места. Как и ложной морали… Ты либо действительно хочешь жить и используешь для этого все доступные ресурсы, либо сдаешься… " Я приняла решение, что выживу несмотря ни на что… Не сдамся… Выдохнув, осторожно сняла с ног покойницы ботинки. Затем плотный комбинезон и шапку. Широкий ремень со специальной кобурой для бластера, который тут же надела на пояс. Отложив вещи с обувью в сторонку и вернув бластер на его законное место, в гробовой тишине осторожно вытащила тело в нижнем белье на улицу. Заволокла за снежный холм, метрах в десяти от катера, где и оставила, присыпав снегом. Душа требовала прочитать молитву, но я не знала в каких богов верила умершая. Да и была ли верующей вообще. Назад возвращалась в полном моральном раздрае, так что не сразу почувствовала, что кисть правой руки начинает странно жечь. Поняла, что дело неладно, когда жжение превратилось в боль, обжигающую, пульсирующую, и перекинулось с указательного пальца на запястье и выше. Что за…?!? Уже заходя в катер, подняла правую руку к лицу и остолбенела. Указательный палец очень сильно опух и приобрел нездоровый оранжевый оттенок. Длинный ноготь на этом пальце стал насыщенного черно-оранжевого цвета и странно пульсировал, словно наливаясь изнутри. А от пальца вверх по руке прямо на глазах проявлялись ядовито оранжевые вены! Что это?!? Я успела лишь закрыть дверь и услышать щелчок сработавшего замка, когда меня скрутило в бараний рог и я упала на пол прямо на то место, где до этого лежало тело женщины. Меня ломало и корежило, выгибало, казалось, под немыслимыми углами. Я слышала как трещали от невыносимого напряжения собственные сухожилия. Слышала собственные глухие стоны и скрежет зубов. Внутренности горели огнем, словно в кровь впрыснули дозу кислоты. Казалось, каждая клеточка тела кричала от боли. |