Книга Отвергнутая невеста. Целительница на краю империи, страница 21 – Виктория Богачева

— Все эти слухи, что твои артефакты бракованы, что ты… — он споткнулся, не решаясь договорить, и торопливо махнул рукой, — всё это вздор!

Я застыла, поражённая, и какое-то время просто смотрела на Оуэна, не в силах поверить, что он говорил всерьёз.

— Мы могли бы уехать, — продолжал он горячо, — далеко на юг. Там никто не станет шептаться за твоей спиной. Мы жили бы тихо и счастливо. Ты занималась бы своим делом, я бы оберегал тебя…

Его улыбка расширилась, став почти мечтательной. Он смотрел на меня, как мальчишка, уверенный, что сейчас услышит долгожданное «да».

Я не могла найти слов. Его предложение звучало нелепо, как сон в горячечном бреду.

— Ну? — в голосе появилась требовательная нотка. — Ты же понимаешь, Лианна? Я делаю тебе честь. Я выбираю тебя, несмотря ни на что!

Я выпрямилась. Внутри всё кипело — и гнев, и унижение, и горечь.

— Я не нуждаюсь ни в твоей милости, ни в спасении, Оуэн. Будь добр покинуть мой дом.

Мгновение он стоял ошарашенный, но потом лицо его исказила гримаса. В голосе зазвучали обида и злость.

— Ты совершаешь ошибку, Лианна.

На сей раз я позволила себе хмыкнуть. Ошибку я совершила, поверив во влюблённость Кассиана. Теперь же я за неё расплачивалась.

— Приятного дня, Оуэн, — процедила я, едва разжимая губы, и ещё сильнее обхватила ладонями плечи, желая отгородиться от него.

Светловолосый Тарли выглядел так, словно я дала ему пощёчину. Вспыхнув, он вздрогнул и вылетел из комнаты, громыхнув дверьми. Едва он скрылся, в гостиную вошла тётушка.

— Что хотел господин Тарли? — взволнованно спросила. — И почему так поспешно ушёл, ты не предложила остаться на ланч?

— Ничего не хотел, — я покачала головой, не намереваясь ничего рассказывать. — Он спешил, потому и не остался.

Тётушка окинула меня пристальным взглядом, словно пыталась увидеть насквозь. Но придраться было не к чему, потому мы с ней разошлись по разным углам дома: я отправилась в спальню сочинять письмо профессору Ардену.

Нужно было хорошенько поразмыслить, как преподнести мой неожиданный визит в академию тёте и дяде, а также всем любопытствующим, чтобы не вызвать подозрений. И ещё следовало обговорить множество мелких деталей, так что я была занята до самого позднего вечера.

А вечером дядя созвал семейный совет.

Я шла на него и боялась, что рассерженный и задетый до глубины души моим отказом Оуэн Тарли решил действовать так, как велел обычай, и через главу своего рода обратился к дяде Джеймсу, который имел право распоряжаться моей судьбой до двадцать третьего дня рождения.

Меньше всего мне хотелось сейчас этим заниматься, и Создательница нитей — богиня, покровительствующая артефакторам — меня услышала, потому как в гостиной я не увидела чужих.

Что лишь подтверждало несерьёзность намерений Оуэна и его небрежное отношение.

Дядя Джеймс, тётя Фелиция и Лионель встретили меня взглядами, когда я появилась в дверях, и мне показалось, кузен был расстроенным, а дядя — недовольным.

— Проходи, Лианна, присаживайся, — он указал на стул напротив них.

Они сидели по одну сторону стола, я — в одиночестве — по другую, и приходилось делать усилие, чтобы не ёжиться и не втягивать голову в плечи.

— Что случилось? — прямо спросила я, выдержав взгляд дяди.

Не было ни сил, ни желания растягивать этот разговор.