Книга Отвергнутая невеста. Целительница на краю империи, страница 116 – Виктория Богачева

Не человеческий.

Драконий.

— Ты даже не боишься? — спросил он.

— Боюсь, — призналась я. — Но не сильно.

Эйнар улыбнулся краем губ. Коротко, с какой-то обречённой нежностью. Потом медленно поднял руку и прижал мою ладонь к своей груди.

— Вот, — прошептал. — Почувствуй.

Я кивнула, не в силах говорить.

— Теперь — покажи мне, как бьётся твоё, — сказал Эйнар.

И когда я взяла его ладонь и приложила к груди, между нами что-то вспыхнуло.

Огонь. Живой, золотой, почти ощутимый пронёсся по коже. Я едва не отдёрнула руку, но Эйнар успел крепче сжать мои пальцы.

— Смотри, — хрипло сказал он.

Тонкая нить света тянулась от его груди к моей, пульсируя в такт нашим сердцам. С каждым ударом она становилась ярче, плотнее. Но Эйнар смотрел не на свет, а на меня. Я чувствовала, как дрожит воздух. Вены горели под кожей, в ушах звучало эхо его дыхания.

Я подняла взгляд, и всё, что было человеческим в Эйнаре, сгорело в тот самый миг. Остался только дракон. Пылающий, древний, могучий.

И тогда пали все рубежи, которые он тщательно возводил. Исчезли остатки самоконтроля, и Эйнар поцеловал меня с такой силой и страстью, что не сразу я смогла ответить, смятенная его мощью, которую чувствовала всем телом.

В его движениях больше не было осторожности. Его руки легли мне на талию, пальцы крепко сжали ткань, притягивая ближе, и я почти упала ему на грудь. Эйнар же с лёгкостью оторвал меня от пола, по-прежнему держа за талию и не прекращая горячо целовать.

В этот момент я ясно поняла: раньше он держал себя за горло. Но теперь больше нет.

Он донёс меня до постели и опустил, и я поспешно дотронулась до ворота его рубашки, настойчиво потянула наверх, и Эйнар послушно вскинул руки, позволив мне её снять, и ткань мягко скользнула на пол. Он тут же сжал меня в объятиях, увлекая на кровать и безостановочно целуя шею, ключицы, плечи. Его тёплое дыхание щекотало кожу, вызывая волну приятных мурашек, и я длинно, гортанно выдыхала каждый раз, когда его губы прижимались к жилке, что быстро-быстро билась на шее.

Теперь я поняла, о чём он говорил. Что не сможет остановиться, что пути назад не будет.

Наша связь пьянила, туманила рассудок. Я тонко стонала, пока Эйнар целовал меня с неистовством, и, клянусь, я слышала рычание его дракона где-то глубоко внутри. Его ладони скользили по моей спине и плечам, сминали, сжимали ткань рубашки, обжигали своими прикосновениями, а обнажённая кожа вспыхивала огнём всякий раз, как её касались его губы. Я цеплялась за его плечи ладонями, и сама целовала так же в ответ, потому что ощущала разгоравшееся внутри пламя. Но Эйнар не позволял мне вести, всякий раз он то перехватывал мои запястья, то оттягивал мою голову, наматывая на кулак волосы, чтобы его взору открылась шея.

Он больше не сдерживался. Я чувствовала это по тому, как дрожало его тело, как из глубины груди поднимался сдавленный, едва слышный рык.

Золотая нить между нами уже перестала быть нитью — это был целый поток, бурный, горячий. Он проходил через грудь, через горло, наполнял лёгкие, заставлял дышать в одном ритме с ним.

Магия вокруг сгущалась. Я видела её: золотые искры вспыхивали в воздухе, таяли и тут же вспыхивали снова, оседая на коже лёгким теплом. В какой-то момент они начали кружить, словно маленькие светлячки, оплетая нас обоих.