Книга Однажды и на всю жизнь, страница 34 – Фрида Ли

— Знаешь, я скучаю по тишине, которая была в том маленьком доме, — шумно выдохнул Алек, прижавшись лбом к холодной деревянной поверхности двери.

— Это твоя комната? — спросила я, немного осмотревшись вокруг.

Посередине комнаты стояла большая кровать в классическом стиле с высоким изголовьем, украшенным вензельными рисунками. Напротив находился высокий зеркальный шкаф, а на стене красовалась плазма. Всё выглядело слишком помпезно, чтобы быть его спальной.

— Нет, — быстро ответил Алек, обернувшись ко мне. — Это комната для гостей. Как ни странно, но только здесь я чувствую себя комфортно.

— Думая, что ты лишь гость? — уточнила я, приподняв бровь.

— Да. От тебя ничего не скрыть. Ты знаешь меня намного лучше, чем кто-либо.

Он улыбнулся мне, и эта улыбка, впервые за все время, что мы снова были вместе, согрела мою душу. А я уже успела соскучиться по его улыбке, по тому, как она могла развеять тьму вокруг.

— Знаешь, — сказала я, подходя ближе к нему, — иногда быть гостем — это не так уж плохо. Это отличная возможность увидеть мир с другой стороны.

— Может быть, — согласился он. — Но иногда я мечтаю вернуться в ту тишину, где всё было проще.

Да, я поймала себя на мысли, что тоже начала мечтать об этом.

— Тебе не нравится? — спросил меня Алек, заметив, что я так и не решилась присесть на кровать и осталась стоять посередине комнаты.

— Нет. Холодок по спине бежит от этого дома, — не солгала я ему в ответ.

— Извини, Мия, но другого варианта у нас пока нет. Это самое безопасное место. Джеймс всегда тратил кучу денег на свою безопасность.

Я вздохнула, осознавая, что он прав. Но это не облегчало чувство тревоги, которое сжимало мне грудь.

— И здесь слишком много людей, — продолжила я. — Кто все эти мужчины в черном?

— Те же, кем был и я для Джеймса.

— Только теперь это твои люди, Алек? — уточнила я, пытаясь понять, какова его роль в этой новой реальности.

— Да.

— И их здесь так много для того, чтобы они защищали твою пятую точку? — спросила я, не удержавшись от сарказма.

Алек усмехнулся, но его улыбка не достигла глаз. Он подошел к большому окну и шумно выдохнул. А я вздрогнула всем своим телом. Я боялась услышать его ответ, я так боялась, что он станет тем же, кем был его приемный отец.

— Несколько недель назад я сделал неправильный выбор и это дало свои плоды, — тихо решился произнести он, и его голос зазвинел от боли. — И сейчас они темно синего цвета на твоем теле. И от них твои губы белее простыней на моей кровати, а глаза красные.

Совсем неожиданно Алек сделал несколько шагов ко мне и рухнул на колени, словно хотел получить от меня искупление своих грехов. Но я никогда не считала его грешником…

— Я всю жизнь буду молить тебя о прощении, Мия, — еле слышно прошептал он мне. — Просить прощение за то, что пять лет назад ворвался в твою тихую, спокойную жизнь и из-за своих желаний уничтожил её испепелил и…

— Дерьмовую, скучную жизнь. Вот какой она была у меня без тебя, — попыталась я хоть как-то успокоить его и объяснить, что он подарил мне намного больше приятных моментов, чем только мог сам представить.

Щека Алека прижалась к моему животу и он стал засыпать его частыми, но такими глубокими поцелуями.

— Прости, — еле слышно прошептал он в мою кожу. — Прошу тебя, прости меня.