Книга Однажды в полночь, страница 31 – Фрида Ли

— Но твой доктор сказал, что если ты будешь принимать таблетки каждый день, то они должны помочь! Может нужно сходить на приём и увеличить дозу? — возмутился мой отец, залпом осушив бокал со спиртным.

Этот доктор оказался глупцом! Дело было не в таблетках. Два дня назад я впервые заснул без помощи медикаментов. Я всю ночь держал ее в своих руках и мой сон впервые за многие годы был таким крепким. Но это ему не нужно знать.

— Я больше не хочу их пить.

— Не хочешь пить? Но почему? Может ты влюбился? — вскрикнул отец, словно видел меня насквозь. — Еще и внуков мне подаришь!

Его лицо покрылось багровым румянцем. Он буквально давился от переполняющего его смеха. Но мне его шутки были абсолютно не смешными. Я знал, что у меня не будет семьи. Нормальной, полноценной семьи и давно с этим смирился. Но его слова почему-то задели меня. Горечь сожаления обожгла моё сердце. Кому нужен такой как я?

— Ты меня позвал не для того, чтобы спросить про мой сон или о внуках, — сухо ответил я.

— Ты знаешь меня намного лучше, чем я мог себе представить!

Голос отца резко перестал быть любящим и стал холодный серьезный. Он достал сигарету, быстро раскурил её и выпустил клубы табачного дыма вверх.

— Твой доктор сказал, что тебе нельзя курить, — напомнил я ему.

— Все доктора — глупцы.

В этом я был абсолютно солидарен с ним.

— У тебя все хорошо? Ты никогда еще не подводил меня, Алек, — прищурился отец, с особым наслаждением выпустив клубы дыма со своего рта.

— И не подведу.

Отец не ответил и лишь слегка прищурился, явно раздумывая над чем-то.

Как у любого человека, желающего денег и власти у него не было сердца. У него был лишь холодный ум. И как бы он это тщательно не скрывал, я всё видел и всё понимал.

Я не винил его в том, в кого он превратил меня, в кого вырастил. До последнего момента моя жизнь меня устраивала. И от этого я больше ненавидел себя, чем его.

— Тебе нужна помощь? — холодно продолжил отец.

— Нет.

Седовласый мужчина снова одарил меня теплой, поощрительной улыбкой и я направился к выходу.

— Алек, — окликнул он меня. — Я хотел напомнить тебе про ужин. Семейный ужин в честь моего юбилея. В четверг в семь вечера.

Семейный ужин! Никогда их не любил…

Шаги, такие четкие приближающиеся шаги преследовали меня с того момента, как я вышел из кабинета моего отца. Чья-то тяжелая рука резко легла мне на плечо, остановив меня перед тем, как я вышел за охраняемую территорию дома. И я ощутил холодное лезвие ножа у своей шее.

— Ты можешь ему лгать, ведь он тебе слепо доверяет, но меня тебе не удастся обвести вокруг пальца, — грозно прошипел мне хрипловатый мужской голос.

Малыш Фрэнки… Меньше всего мне хотелось вести с ним беседы. Обернулся и скрестил руки на своей груди. Семью не выбирают.

— Что тебе надо от меня?

Одно движение и теперь нож был в моей руке. Я выпрямил руку и кончик ножа уперлся к горлу этого паршивца.

— Я знаю, что ты облажался, — ехидно улыбнулся мне парень и подняв руки вверх, отошел в сторону, чтобы понаблюдать за мной. — Флэшки до сих пор нет!

— Тебя это не касается, малыш Фрэнки.

Я знал, что мой младший братец терпеть не может, когда его так называют. Но это меня не остановило.

— Если ты облажался, то на наследство можешь не рассчитывать, — растянулся в довольной улыбке Фрэнк.