Книга Однажды в полночь, страница 105 – Фрида Ли

— Ты — не сын Адама. Ты — мое порождение. Я создал тебя. Я научил тебя всему, что ты умеешь. И твое мастерство сделало тебя таким. Тебя боятся, тебя уважают. Ты наследуешь всё это. Деньги, власть… Что может еще желать человек? Но ты захотел чего-то более высокого. Любви! Ты захотел, твою мать, любви!

Джеймс громко рассмеялся. Но я заметил, как на его лбу выступили капли пота. Он боялся и правильно делал. Я еле держался от того, чтобы резко провести лезвием. И я держался лишь потому что… Мия не сводила своих глаз с меня.

— Ну же! Какого хрена ты медлишь? — выкрикнул Джеймс. — Покажи ей своё истинное лицо! Покажи этой стерве, кто ты есть на самом деле! Тебе всего лишь стоит дернуть руку в правую сторону. Хотя, не мне объяснять тебе, что нужно делать!

Воспользовавшись моментом Джеймс выкрутился из моих рук и я ощутил острый наконечник на своей шее.

— Посмотри на себя. Посмотри во что ты превратился! Ты — слабак, Алек! Уведите девчонку!

Нет! Мия! Нет! Я не мог её потерять! Не мог позволить ему сделать с ней то, что он сделал с моей семьей!

— Побеждает тот, кто быстрее, — прошептал я и резко схватил за запястье Джеймса.

Выкрутился и сделал то, что не смог девятнадцать лет назад. Я отомстил за свою семью…

— Чёрт! — одновременно крикнули мои братья и подлетели к окровавленным телу Джеймса, но они знали, что уже ничего не исправить — я всегда резал глотки по-особенному глубоко.

Достал платок и протер лезвие ножа. Мия подняла на меня глаза и я увидел то, что так боялся увидеть — отвращение в ее взгляде. Отвращение ко мне. В ее глазах я стал чудовищем.

Скинул с себя футболку и сделал небольшой надрез на своем теле. Таких шрамов на моем теле было много… слишком много и теперь Мия знала, что они обозначали. По правилам, которым мы должны были непреклонно следовать — каждый из нас должен был делать себе эти особые пометки, чтобы всегда помнить о том, что мы сделали. У моих братьев они тоже были, но я, конечно же, лидировал по их количеству.

Все эти годы я не мог смотреть на них и поэтому пытался перекрыть их цветными рисунками. Шрамов было не видно, но каждый из них словно до сих пор кровоточил на моем теле. Стоило только кому-то провести по моей коже, как сразу сотни лезвий пронизывали мою душу. Но такое чудовище, как я это заслужил.

— Позови Бастиана, — скомандовал я бледноватому от увиденного Фрэнку.

— Кто ты такой, чтобы я стал выполнять твои приказы? — попытался взбунтоваться младший.

Я выпрямился во весь рост и одарил его холодным взглядом.

— По всем документам я — наследник всего этого дерьмища, а значит, либо ты принимаешь этот факт и слушаешь меня или же, ты сам знаешь, что бывших в нашей профессии не бывает. Их убивают, так как они слишком много знают.

Фрэнк тяжело вздохнул и вышел из кабинета.

— Маркус, — окликнул я еще одного брата, который склонился над телом своего приемного отца. — Ты знаешь, что нужно сделать с этим!

Маркус растерянно похлопал ресницами. Для тридцатилетнего мужчины, который большую часть своей жизни защищал этого старого ублюдка, прикрывал его пятую точку там где нужно было прикрывать все случившееся было шоком.

— Маркус! Твою мать! — Резко хлопнул ладонью по лицу парня. — Возьми себя в руки!

Маркус наконец-то поднял на меня свои испуганные голубые глаза.