Книга Возлюбленная короля, страница 152 – Фрида Ли

Я кивнула ему в ответ, не находя в себе сил произнести ни слова. Стефан стал быстро скидывать наши немногочисленные вещи в большой холщовый мешок из грубой ткани.

— Вам нужно защитить своих детей! — напомнил он мне о том, о чем просил меня Эдуард в свой последний день. О том, что я должна сделать все возможное, чтобы наши дети остались живы.

— Но зачем? Зачем мой Эдуард им?

— У Эдуарда не должно быть наследника! Именно этим и переубедил Ричард парламент, когда призывал возложить на его голову корону. Он обещал им, что не будет претендентов на трон, что власть останется только в его руках.

— Эдуард сказал, что они не посмеют войти в аббатство! Это священное место! Здесь Божий дом, и они не осмелятся осквернить его своим присутствием.

— Вы действительно верите, что фреска с изображением сына Божьего сможет остановить их? Вы думаете, что их тронут ваши молитвы?

Нет… у этих мужчин не было ничего человеческого, кроме физической оболочки. Они были одержимы жаждой власти и готовы были пойти на все!

— Быстрее, миледи! — поторопил меня Стефан, взяв на руки Лиззи. — Я дал слово, что с Вашей головы и с головы Ваших детей не слетит ни один волосок, и я сдержу данное мной обещание королю! Я не позволю им причинить вам вред.

Я взяла на руки крепко спящего Эдуарда, замотала этот мило сопящий комочек в теплый шерстяной платок, стараясь не разбудить его. И крепко прижала его к своей груди, чувствуя его тепло, его сердцебиение.

Если в этой истории кто-то должен был понести наказание за мои ошибки и деяния, то уж точно не Лиззи с Эдуардом. Они не заслуживали страданий. Они заслуживали счастья, мира и спокойствия.

— Нам нужно найти место, где бы вы могли спрятаться, — сказал мне Стефан, аккуратно приоткрыв дверь и выглянув в коридор. — Место, где они не смогут нас найти.

А я знала лишь одно место, где я могла сохранить жизнь своим детям.

Я стояла на крыльце того самого маленького домика, с которого когда-то началась моя история. Деревянные ступени скрипели под моими ногами. Ветер трепал мои волосы, донося с полей запах свежей травы и цветущих луговых трав.

Ничего не изменилось, вот только в моем сердце все было по-другому. Теперь там бушевали ураганы страха и отчаяния, там царили боль и тоска. И этот маленький домик, когда-то символ моего счастья, теперь казался мне лишь напоминанием о том, что я потеряла, о том, чего больше никогда не вернуть.

Но я улыбнулась, когда услышала знакомые шаги за своей спиной.

— Агата!

Я вздрогнула, обернулась, и увидела знакомое лицо, на котором сначала отразилось недоумение, а затем — безграничная, искренняя радость.

— Джейн! — не смогла я скрыть слез радости, прорвавшихся сквозь пелену страха и отчаяния. Я знала, что только рядом с Джейн, я и мои дети всегда будем в безопасности. — Прости, что не смогла навестить тебя раньше, — проговорила я срывающимся голосом.

— Ерунда! — отмахнулась Джейн. — Главное, что ты не позабыла обо мне, что ты здесь. — Она оставила крепкий, теплый поцелуй на моей щеке, и я почувствовала, как моя душа согрелась.

За то время, что мы не виделись Джейн изменилась. Сильно исхудала, круги залегли под ее глазами, а болезненная бледность отравила лицо. Но Джейн и виду не подала, что чувствовала себя плохо, она поскорее затворила дверь за мной, оградив нас от внешнего мира, от опасности, и крепко сжала меня в своих объятиях.