Книга Измена. Любовь (не) вернуть, страница 82 – Иден Хол

— Потом мне все расскажешь! Молчи уже и дыши! Боже мой, так меня напугать! Меня нельзя так пугать! – у меня, кажется, начиналась истерика, – беременных нельзя так волновать, ты псих неугомонный!

Макс вдруг широко распахнул глаза и уставился на меня ошеломленно. Мне показалось, что он даже чуть протрезвел.

— Беременных? – спросил он, стягивая маску. – Ева? У нас…

— Да! – у меня из глаз брызнули слезы. – Да, дурачок ты мой! Ты будешь папой!

— Детка! Ты… – он резко сел и обнял меня, вжимаясь окровавленным лицом в живот. Стиснул изо всех оставшихся сил, – любимая!

Я погладила его по растрепанным волосам.

— Горе ты мое… ты будешь папой.

В очередной раз я шла в больницу к Максиму с приподнятым настроением, мы еще никому не объявили о том, что ждем малыша. Это была наша маленькая тайна. Решили, что не самый подходящий момент, разгрести бы сначала проблемы.

Но сам Максим, как только пришел в себя и увидел меня рядом, был просто на седьмом небе от счастья. Тянулся ко мне как примагниченный, затащил к себе на больничную кровать, обнимал и целовал, пока губы не опухли. Хорошо, что в этот раз мы организовали ему отдельную платную палату и мы смогли получить хоть какое-то уединение.

Как же приятно видеть этот блеск в глазах мужа, будто он влюбился в меня по новой. Как в те далекие дни, когда мой старший брат только познакомил меня со своим коллегой и другом.

Между нами словно разряд пробежал в ту первую встречу, обоих шандарахнуло молнией и больше мы не очнулись от этой любви.

И сейчас это чувство вернулось. Предвкушение встречи, тоска за минуту в разлуке, бабочки в животе и музыка в мыслях. Наглядеться на него не могу и он на меня тоже.

Но по дороге к палате я поняла, что, кажется, мои планы затискать Максима до потери сознания не сбудутся. Из открытой двери выходила целая толпа народу, мужчины с очень серьезными лицами, какими-то бумагами и даже в форме.

Что здесь делает полиция? Они ведь уже взяли у него все возможные показания о нападении, фоторобот составили, как только он пришел в себя. Неужели какие-то подвижки в расследовании?

Проходя мимо меня, почти все мужчины поздоровались, но задерживаться для объяснений не стали, а пошли к лифтам, оживлено беседуя.

Ладно, придется пытать мужа.

— Макс! – я всплеснула руками едва вошла. – Откуда у тебя ноутбук? Тебе же врач запретил работать!

— Ева, любимая, только не волнуйся! Со мной все в порядке! – он отложил ноут на тумбочку и привстал. Синяки на его лице напоминали, что не в порядке он еще. Упрямец непослушный!

— Что ты делаешь? Кто к тебе приходил? Полиция?

— Обещай, что не будешь сильно пилить, – попытался он смягчить свое наказание.

— Конечно, буду! Тебе сказали отдыхать, мало было в прошлый раз приключений?

— Я должен был все закончить! Пойми, я не мог оставить то, что могу завершить только сам! Детка, иди ко мне, – он попытался встать, но я его опередила и подошла, чтобы тут же быть пойманное в объятья, стоя у кровати.

Он крепко обнял меня за талию, а потом несколько раз чмокнул в живот. Затем усадил на край кровати и поцеловал уже в губы, зная, что я тут же растаю и перестану ругаться. Манипулятор!

— Это я позвонил следователям, которые занимаются нападением. А заодно пришли люди, которые расследуют махинации DG-Group.