Книга Измена. Любовь (не) вернуть, страница 73 – Иден Хол

— Это для моей жены, – уточнил я, – она очень сильно расстроилась, когда увидела тебя голышом верхом на мне. Я обещал ей все исправить. Очень люблю свою жену и не люблю, когда она плачет!

— Знаешь что? А валяй, рассылай все это, куда ты там собрался, мне все равно! Ты вообще блефуешь! – она откинулась на спинку, дерзко задрав подбородок и положив ногу на ногу, – с чего я должна поддаваться на такие угрозы? Мне теперь без разницы! Ты и так мою жизнь разрушишь, если захочешь!

— Да все очень просто, у тебя выбор из двух зол. Если ты пишешь признательное видео, ты пойдешь, как свидетель в деле о махинациях и недобросовестной конкуренции, и я попрошу смягчить твое наказание. А если не захочешь, мы с моими хакерами сами все нароем. Да, немного дольше, но ты будешь отвечать со всеми организаторами наравне. Выбирай глубину, на которую ты себя закопаешь. Все, что касается мутных дел ради выигрыша тендера, я все равно в органы отправлю.

— А если я все расскажу, ты не станешь рассылать мои видео и фото всем клиентам? – решилась она на торговлю. – Это мое условие! Никакой рассылки им и их женам!

Я посмотрел на нее в задумчивости. Она, наверняка надеется, что Филимонов ее потом отмажет, у него достаточно для этого денег и власти.

Стоит ли оно того? Для меня сейчас важней всего честно выиграть тендер, чтобы мой бизнес не пошатнулся, учитывая, что меня вывели из строя, и доказать жене свою верность. Это превыше мести конкретно Злате.

— Хорошо, – кивнул я, – я не буду рассылать видео тем, кто запечатлен на фото и видео, которые ты так долго и прилежно собирала для шантажа несчастных. Давай, рассказывай с самого начала, – я включил запись, и у Омелиной не осталось выбора.

Она запахнула халат, выпрямилась и начала рассказывать с подробностями, как к ней пришли люди из DG-Group, когда она была уже нанята мной в качестве дизайнера и как приняла предложение отвлечь меня как ключевого игрока от подготовки.

В ее задачу входило максимально усложнить мне личную жизнь, чтобы я не мог думать о работе, ведь победа в этом тендере от госкорпорации открывала ворота к потоку просто баснословных денег!

Видимо, конкуренты посчитали, что никто не свяжет эти два события и не подумает, что я сойду с дистанции и все завалю из-за семейной драмы не сам, а с посторонней помощью. По сути, состав преступления было бы крайне сложно определить. Ну любовница, ну развод, с кем не бывает?

Потом оказалось, что кураторы были недовольны ее работой, потому что я все еще ходил в офис и готовился к презентации и комиссии. Дальше Омелина не сказала, но у меня закрались подозрения, что и с моей машиной поиграли они же.

Омелину подсылали проверить, как я себя чувствую, лежа в больнице, потом, когда выписался из нее. Ей сказали играть свою роль до последнего.

— А последнее это что? – решил уточнить я, остановив запись и удовлетворенный количеством информации.

— Откуда я знаю, они не уточняли, может, хотели, чтобы сам вскрылся в итоге? – с ненавистью во взгляде выплюнула она.

— Мило, – я не думал, что зайдет так далеко, – давай теперь послание для Евы.

— Гореть тебе в аду, – пожелала мне Злата.

— И я тебя ненавижу. Записываем.

— У меня и Свободина Максима никогда не было полового акта, я все подготовила и инсценировала. Воспользовалась приглашением его брата на вечеринку, так как он тоже хотел оформить свой дом, а еще упомянул, что там будет жена Максима. Когда Свободин приехал первым и при мне выпил таблетки, я посчитала, что это мой шанс. – Злата продолжала испепелять меня взглядом.