Книга Второй шанс для непрощенного, страница 72 – Иден Хол

— Я не знаю, — я терялась в его вопросах, — но это не ты, ты же так не поступаешь. Это все не твое. Александр Гордеев — это хладнокровие, расчет, сила другого характера, которая нашлет сотню бед на обидчиков, развалит их бизнес, раздавит конкурентов, выкупит, в конце концов, тех, то не подчинился. Но не так…

— Откуда тебе знать, какой я? Я сейчас безбашенный таксист, женщину которого вышвырнули, унизили и причинили боль! Они за это поплатятся эквивалентно!

Я внезапно даже для себя ударила по кнопке «стоп» на панели, и лифт остановился, не доехав до нужного этажа.

В моих ушах стучал теперь не только пульс, но и слова «мою женщину». И ведь это пробирает до самого позвоночника, разрядом высоковольтного тока бьет, расплавляя последние нервные окончания, что могли сопротивляться.

— Это не правильно, потому что… — я в мгновение была рядом, обхватывая руками его скулы, — мне нужен…

Взгляд Гордеева горел, скользя по моему лицу, ноздри расширились от гнева, грудь поднималась часто, будто он действительно неуравновешенный таксист или… курьер, а может дворник… кем он еще был готов стать для меня?

Сборщиком васильков…

— Кто? — нетерпеливо спросил он.

Я облизнула пересохшие от этой почти интимной близости губы, наши лица напротив, я чувствовала его дыхание на своей коже. Мне стало жарко от этого и страшно от такого бесконечного мгновения. Нужно решиться, но это страшно, как в жаркий день войти в холодную воду, надо набраться сил и прыгнуть сразу с головой.

— Александр классный водитель, — я тяжело задышала, — Санёк забавный, а… Шура невероятный романтик. Но ты… это все они и еще намного больше. Все то, что я…

— Скажи это, — Саша снял мои руки со своего лица и отпустил их вниз, так и не выпустив из своих горячих ладоней.

— Все то… — у меня путались слова в голове, это ведь так просто сказать, но невероятно сложно себе признаться, — мне нужен тот, что однажды… поздно вечером вошел в приемную и… не дал мне уйти домой.

С того вечера началось наше безумие, я не могла забыть этот взгляд и громкий шепот, от которого тело горело, и сознание отказывало, дрожь сбивала с ног… прямо в его объятья. Его руки, срывающие мою одежду прямо на столе, его тело, накрывающее меня расплавляющим жаром. Его страсть, кипящую и неуемную.

— Тебе нужен этот? — Саша, кажется, тоже вспомнил, потому что зрачки его невероятных ледяных глаз, так расширились, что почти скрыли радужку.

В следующую секунду его тело врезалось в меня, вжимая в зеркальную стену лифта, раскрытые губы впились в рот влажным жарким поцелуем, забирая мое дыхание. Напористые, требовательные, жадные. Он целовал меня так, словно это и правда та самая ночь, что началась на рабочем столе, а закончилась в огромной кровати.

Будто не было между нами этих лет, этих расстояний, этой боли.

Гордеев притянул меня рукой к себе за затылок, еще глубже забираясь языком в мой рот, и я пьянела от его вкуса. Шоколада, растопленного в крепчайшем кофе, и моего сопротивления, захлебнувшегося в его желании.

— Этот тебе… нравится? — с паузой спросил он, оглядывая меня диким взглядом. А я горю, меня трясет, ноги вот-вот подкосятся и если бы не руки на моем жалком дрожащем теле, лежала бы уже на полу и…

— Саша, — выдохнула я, проводя ладонями по его плечам, дальше по шее вверх и в волосы, короткие на затылке и чуть длиннее выше, чтобы я могу вцепиться в них и притянуть его ближе. Поцеловать снова, лишь бы не отвечать.