Книга (Не) серьезные отношения, страница 17 – Натализа Кофф

И в попу Лене упирается красочное и наглядное подтверждение того, что Казбек не против еще раз оказаться в ее теле.

И ладони у него…

Мамочки, ну почему у него такие большие ладони, в которых идеально прячется ее грудь Лены?! То одна, то теперь вторая…

Лена невольно прогибается, разжимает колени, впускает пальцы глубже, потому что не может сопротивляться натиску безумного Вахидова.

Он что-то шепчет ей на ухо, целует, ласкает, прикусывает кожу на шее.

Она даже не понимает, что именно он ей говорит, прижимаясь губами к мокрой коже.

Да неважно, что говорит! Главное, пусть не останавливается.

Девушка откидывается назад, опирается на широкую грудь. Затылком — в плечо. Руку вскидывает вверх, накрывает крепкую шею, гладит пальцами мокрые волосы.

Казбек тут же легко целует ее запястье, а свою ладонь запускает глубже.

Лена охает, когда твердые пальцы аккуратно погружаются в нее.

Там, внутри, все еще немного саднит, но терпимо.

Пальцы размеренно и неспешно гладят ее изнутри, не глубоко, именно так, как нужно сейчас Киреевой.

Лена крепче закрывает глаза. Так не очень стыдно, если представлять, будто они не в ярко-освещенной ванной, а в кромешной темноте.

Казбек ускоряет темп. Он управляет ее телом. Играет на нем, задевая волшебные точки.

И когда Лена уже не знает, выдержит ли эти ласки-пытки, дрожь бьет ее тело.

— Вот так, девочка моя, — слышит она сиплый голос на ухо, а сильные руки крепко прижимают ее к мужскому телу, напряженному и обжигающе горячему.

Лена не сразу поднимает тяжелые веки. К этому времени Казбек уже выносит ее из душа, завернув в банный халат. Хорошо, что и сам мужчина почти одет. Насколько можно одеться в полотенце, конечно.

Лена лениво наблюдает за тем, как Вахидов вытирает голову другим полотенцем. Ей кажется, что сейчас она должна чувствовать себя побежденной.

Но нет. Ей почему-то хорошо. А еще жутко хочется спать.

— Ужин, — уголком рта улыбается Казбек.

Лена вздыхает. Невольно опускает взгляд на мужские бедра. Они скрыты белоснежной тканью, но полотенце не может спрятать внушительный бугор.

— Не бойся, я ж не зверь, чтобы лезть к тебе сейчас, — хмурится Вахидов, должно быть, истолковав ее взгляд по-своему.

Лена сглатывает, отводит смущенно взор.

Кто сказал, что она не хочет? Если и вторая близость будет такой же яркой и фееричной, то разве она будет возражать?

Лена просыпается от негромкого шороха одежды.

Казбек уже собирается уходить. Должно быть, еще раннее утро. Через не плотно зашторенные окна падают лучи восходящего солнца. И в этом свете фигура Казбека кажется еще более внушительной.

Этот мужчина обладает странной магией, которая безотказно действует на Кирееву. Он красив, хорош собой, сложен идеально. В нем нет и намека на мягкость. Он брутальный и жесткий.

Однако Лена помнит, каким нежным он был с ней в постели, или в ванной. А сейчас Казбек Вахидов вновь превращается в сурового и молчаливого мужчину бизнесмена, для которого важны действия и поступки.

Лена не шевелится, но понимает: Казбек заметил, что она не спит.

Скупая полуулыбка замирает на твердых губах. Вахидов присаживается на край постели.

— Я бы с удовольствием выпил с тобой кофе, но мне пора, — будто извиняясь, говорит он.

— Постараюсь это пережить, — хмыкает Лена.