Онлайн книга «Долго тебя ждала»
|
Я ему верю, когда десять минут спустя забираюсь в машину такси, впопыхах набирая номер Тани. На мое счастье в ее аптеке есть крошечный остаток нужных шприцев, и этого хватит на пару дней. Утро, а город уже в предновогодней суете. Когда проезжаем мимо елочного базара, на пешеходном переходе пропускаем людей с хвойными ветками в руках. Фасады зданий украшены иллюминацией, а витрины магазинов — наклейками с новогодними скидками. На них, как пчелы, слетаются те, кто еще успевает запрыгнуть в последний вагон, чтобы закупиться подарками или продуктами. Сама я ни о том, ни о другом не позаботилась. В этом году праздник подкрался стремительно, последние дни и вовсе пролетели как в тумане. У меня не было грандиозных планов на Новый год, обдумать их сейчас я не в состоянии. Такси доставляет прямо ко входу в аптеку. Дверь, которую дергаю на себя, украшена еловым венком и разноцветной мишурой. О том, что я вошла, полупустому помещению сообщает колокольчик. Внутри действительно никого нет, кроме одного единственного посетителя, и этот посетитель Капустин. Смотрю на него, не скрывая удивления. Сам он удивленным не выглядит. На Даниле дутая куртка чуть ниже колена и обтягивающая голову черная шапка. Не знаю в курсе ли он, что сегодня ночью я была гостьей в его доме, но, если и в курсе, ничего не имеет против. — Привет, Агуша. Как дела? — приветствует, как только меня видит. — Отлично… — подхожу к окошку кассы. — Доброе утро. В окне вижу смурное лицо Тани, а в руках Данилы пачку презервативов. — У тебя все? — бормочет Капустина, обращаясь к своему покупателю. — А есть другой вкус? — интересуется он деловым тоном, крутя в пальцах классическую упаковку. — Какой тебе нужен? — Что-нибудь ягодное или фруктовое. И, если можно, ребристые. Боже… На лице Тани не дергается ни один мускул, когда щелкает компьютерной мышкой, глядя в монитор. Спустя минуту сухо сообщает: — Ребристые с клубничным вкусом. — Подойдет. — Какой тебе размер? — Икс эль, — сообщает наш перспективный чиновник. Я закусываю губу, чтобы не издать ни звука, Таня же громко фыркает. Ее шаги за стеклом витрины звучат резко. Хлопают створки каких-то ящиков, после чего подруга возвращается к окошку и проталкивает в него оговоренную пачку. — Надеюсь, не слетят, — замечает наигранно вежливо. — Что-нибудь еще? На щеках моей подруги цветут красные пятна, когда Капустин с дьявольской ухмылкой отвечает: — Да. Есть такие же, но в большой упаковке? — Ты себе льстишь. Тебе уже не девятнадцать, — просовывает Таня в окошко терминал для оплаты. Расплатившись, Данила размашистой походкой направляется к двери. Мы провожаем его в тишине. Молча слушаем шаги по кафельному полу, которые обрываются звоном колокольчика и хлопком двери, после этого я поворачиваюсь к подруге и выгибаю брови. — Не спрашивай, — отмахивается она, но ее взгляд рассеянный и бегающий. Мои собственный проблемы слишком глобальные, чтобы требовать каких-то объяснений. Час спустя я влетаю в наш с отцом офис, успев за это время посетить четыре других аптеки, где с горем пополам наскребла еще немного нужного нам инвентаря. Одежда в шкафу — признак посетителя. Известив отца о своем присутствии, я завершаю злосчастную заявку, которая будет обработана только в следующем году. Хоть он и наступит через три дня, мою ситуацию это не сильно спасает! |