Онлайн книга «Долго тебя ждала»
|
— Слава Богу! — выдыхаю, заталкивая дочь в стеклянные двери Дворца. Ее отца за этот вечер я мысленно послала к чертям сотню раз и глубоко надеюсь, что он оттуда никогда не вернется. Я не истеричка, я — стоматолог, но даже у меня бывают дни, когда готова не лечить, а калечить. Он обещал отвезти Марусю и клялся ей, что будет присутствовать на ее выступлении, но у него снова нашлись дела поважнее. Если бы я знала, что мы будем ждать его до прихода адвентистов Седьмого дня, поехала бы с Таней. Вся парковка комплекса забита под завязку — кажется, сегодня здесь собрался весь город. Неудивительно: новые грандиозные объекты в нашем городе открываются не каждый день и даже не каждый год. — Маруся, пожалуйста! — сокрушаюсь, замечая, как дочь тормозит у новогодней елки в центре холла. — Мам, посмотри! — шелестят ее губки, а в расширенных глазах отражаются разноцветные огни от пестрящей гирлянды. Тяну ее мимо, к охраннику, который на пальцах объясняет, как попасть в раздевалки. Мы плутаем минут пять, пока не находим нужный коридор и «первую дверь направо», где девушка-организатор с планшетом в руках требует прямо с порога: — Фамилия? — Власова. — Утираю пот со лба. — Власова Мария, — уточняю, сваливая вещи на скамью. В раздевалке только мы, организатор и какая-то девушка, надевающая костюм Снегурочки. Судя по количеству оставленной под скамьями обуви, кроме нас все участники выступления давно на месте. Пока разбираю сумку, дочь с любопытством наблюдает за Снегурочкой, которая крепит к затылку длинную искусственную косу. Для Маруси это зрелище не станет психологической травмой: на прошлом новогоднем утреннике в детском саду дочь узнала в Деде Морозе воспитательницу из параллельной группы и сказала мне об этом. Она достойно пережила эту правду жизни, но с тех пор мой ребенок больше не верит в сказки. — Вы опоздали, — упрекает организатор. — Переодевайтесь и проводите ребенка к выходу на лед. Сектор «В». Налево по коридору, там указатели, — одаривает меня взглядом с претензией, перед тем как выйти из раздевалки. — Снимай куртку! — понукаю дочь, дергая ее за шарф. Ее внимание до сих пор занято лже-Снегурочкой, выворачивающей содержимое косметички на полку шкафчика. Сбрасываю пуховик и достаю из чехла блестящий костюм снежинки, пока Маруся копошится, перебирая пальчиками кнопки на куртке. — Я хочу пить, — сообщает, усаживаясь на скамью. Передаю ей маленькую бутылку воды, откопав ту в сумке. Замерзшие руки упрямо не слушаются, пока пробую расправить расшитую блестками юбку-пачку, но впереди приключение посерьезнее: надевать леггинсы мы обе ненавидим. — Власовы?! Вздрогнув, морщусь. Фамилия произнесена во множественном числе, а я никогда не была Власовой, но это вряд ли имеет значение для женщины, вошедшей в раздевалку. Обернувшись, встречаю грозный взгляд нашего тренера по фигурному катанию Тамары Ивановны Клюевой и втягиваю голову в плечи. Попасть к ней было сложно: она — лучшая из лучших. Прикусываю язык, молча проглатывая любые возражения. — Тамар-ра Ивановна! — выкрикивает дочь, намеренно удлиняя букву «р», с которой в последний месяц у них полное взаимопонимание благодаря работе логопеда. — Здр-равствуйте! — Здравствуй. — Она подхватывает Марусю за локоть. — Там обуетесь, — велит мне. — Время! Вам часы подарить? |