Книга Идеальные разведенные, страница 65 – Анна Белинская

Далее с обеда до вечера я пропадала в студии или модельном агентстве, затем прогуливалась с Егором, слушая увлекательные рассказы об Англии, приезжала домой и ужинала сама с собой.

Вроде как справлялась, абстрагировалась. Поймала свой Дзен.

Но вот это сообщение нехило так пошатнуло мою некрепкую стену душевного равновесия и самообладания.

— Агата, что-то случилось? — Егор касается моей руки.

Наверное, я слишком долго всматривалась в экран телефона, чем заставила парня обеспокоиться.

— Нет, все в порядке, — в очередной раз за этот вечер вру я, при этом мило улыбаясь.

Телефон снова издает сигнал о входящем, и я бросаю на него беглый взгляд:

Игнатов: Меня помиловали и разблокировали? Чем обязан или, может быть, кому? Этому лощеному щеглу с маникюром и в убогой тенниске?

Непроизвольно смотрю на ногти Егора: никакого маникюра, просто ухоженные, красивые мужские руки, и это поло очень даже хорошо на нем смотрится.

И вообще, какого, мать его, фига он оскорбляет Егора?

Так.

Стоп.

А откуда Игнатов знает, во что одет сейчас Егор?

Догадка обрушивается на меня неконтролируемым цунами, и я беспорядочно начинаю крутить головой по сторонам.

Он сидит прямо по центру ресторана, смотрит на меня и гаденько ухмыляется, а потом так и вовсе нагло подмигивает.

Вот же наглец!

Перевожу взгляд на Егора, который, к счастью, ничего не замечает и с таким же азартом вещает об уникальных способностях японских гейш метать веера точно в цель. Вот, Агата, слушай и запоминай, может, когда-нибудь и тебе пригодится такая способность. Только не метание веера, а метание ножа, и раз на то пошло, то метание в одну конкретную цель — в физиономию бывшего мужа.

Хватаю телефон и с остервенением пишу:

ИДИОТ!!!

Пытаюсь одним глазом смотреть на Егора и убедительно поддакивать, а вторым кошусь на Леона, который, получив мое сообщение, начинает громко смеяться.

Я сижу на довольно приличном расстоянии от них, но даже отсюда мне видно, с какой яростью раздуваются ноздри Агаты. Да ради такого зрелища я готов терпеть постоянно снующих туда-сюда официантов и посетителей ресторана.

Меня до чертиков раздражает сидеть здесь, посередине зала, у всех на виду, но найти свободный столик меньше, чем за сутки — та еще задачка, поэтому засовываю свою гордость в задний карман брюк и смиренно терплю.

Но зато здесь открывается отличный обзор на всех присутствующих.

А долговязый пряник — молодец, подсуетился и ухватил элитные места у витражных окон, удобные для комфортного уединения.

Чтобы не выглядеть законченным придурком, выслеживающим бывшую жену, мне пришлось взять с собой Виталика. Поначалу планировался Вадим, но так откровенно палиться я не рискнул, поэтому пришлось выбрать кого-то с работы.

Виталик работает у меня около двух лет. Молодой, башкастый парень с большими перспективами в будущем и огромными тараканами в настоящем.

Он странный.

Но умный.

Виталик — ровно тот случай, каким принято считать айтишника: высокий, худой дрыщ, с сальными космами до плеч, в вытянутых на коленках джинсах и в линялой футболке.

Но сегодня Виталик — красавец: помыл голову, собрал свои лохмы в хвост и надел чистую рубашку в клетку, сменил старые вытянутые джинсы на другие старые вытянутые джинсы, из-под которых красуются кислотные носки с провокационной надписью «Царь».