Книга Проклятие египетского жреца, страница 21 – Рацлава Зарецкая

— И мы сделали так, как ты просил, — пророкотал Осирис. — Иномирянка вполне подходящая, судя по твоему облику. Что тебя не устроило?

— То, что она умирает! — с глухой болью в груди выкрикнул Амир. — Как вы и сказали, я проводил с ней ночи, и эти ночи были лучшими в моей жизни! С ней я начал оживать не только телом, но и душой, однако вы не предупредили, что для этого я должен забрать все ее силы! Что цена моего воскрешения — это ее жизнь!

— С каких это пор тебя стали заботить жизни простых смертный, да к тому же чужих иномирянок?

— С тех пор, как вы отправили ко мне Алену. Теперь ее жизнь для меня важнее, чем собственная. И я сделаю все, чтобы она жила дальше. Даже если самому придется окончательно упокоится. Плевать! Я готов. После того, как умер однажды, второй раз уже умирать не так страшно. Тем более ради любимой.

Амир произнес свою пламенную речь на одном дыхание. Закончив говорить, он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, внимательно гладя на царя Дуата.

Мышцы на лице Осириса еле заметно дрогнули.

— И что ты хочешь? Прервать свое возрождение? Оно ведь почти завершилось. Неужели оно того стоит?

— Да, я хочу прервать свое возрождение, — уверенно произнес Амир. — Мне нет смысла жить, если она умрет. Раньше я думал, что для меня важна только месть, но после ночных разговоров с Аленой я понял, что важнее любовь.

— Так ее любишь? — поинтересовался Осирис. — А она тебя?

— У нее тоже есть ко мне чувства. — Сначала Амир не был в этом уверен, но сегодня утром он в этом убедился. Алена смотрела на него с нежностью, от которой щемило сердце. Может, ее чувства пока не так сильны, как у него, но она определенно симпатизировала ему.

— Из-за какой-то иномирянки, которая была послана как жертва, ты решил отказаться не только от возрождения, но и от своей мести, — усмехнулся Осирис. Кажется, он никак не мог поверить в слова Амира. — Спрашиваю в последний раз. Потом уже пути назад не будет. Ты действительно хочешь отказаться от возможности обрести силы и воскресить свое тело?

Без всяких раздумий Амир твёрдо ответил:

— Да. Сделай так, чтобы Алена жила. И вернулась в свой мир.

Осирис хмыкнул и произнес:

— Да будет так.

Щёлкнув пальцами, царь загробного мира растворился в воздухе. Амир тут же ощутил странную боль в груди, будто кто-то сжал его сердце. На краткий миг все вокруг потемнело, а затем пред глазами Амира возник оазис. Солнце уже стояло в зените, от его зноя тело жреца спасали лишь пальмы, которые росли вокруг озера.

Вскочив на ноги, Амир кинулся в гробницу. Сердце в груди болезненно ныло. Жрец до ужаса боялся увидеть бесчувственно лежащую на постели Алёну.

Однако гробница была пуста. Ни Алёны, ни какого-либо напоминания о том, что она была в гробнице в гробнице. Лишь постель была мятой и покрывало сиротливо свисало на пол.

Амир растерянно осмотрелся и вздохнул, осев на пол. Потянулся к покрывалу, намотал его на кулак и прижал к лицу. Запах Алены окутал жреца с головой — свидетельство того, что она действительно была. Лежала здесь, весело рассказывала о своем мире, нежно смотрела на Амира и даже касалась его лица.

Послышался стук копыт. К жрецу подбежал Хрюша. Ткнулся влажным носом ему в бок и грустно хрюкнул.

— Мне тоже без неё плохо, — сказал Амир, глядя на это недоразумение природы. — Но только так можно было сохранить ей жизнь.