Книга Измена. Я умею быть сильной, страница 5 – Марта Заозерная

— Вика, нам нужно поговорить. Пусть парни пока что перекур сделают, – муж предпринимает очередную попытку навешать на меня свое мнение.

Так и хочется сказать: «Иди ты в пень, Макс!».

— Мы с тобой дома поговорим. А сейчас мы с коллегами продолжим то, ради чего сюда приехали, – меньше всего на свете мне хочется выяснять отношения прилюдно.

Какой же стыд! Сколько теперь будет пересудов и сплетен…

— Ты не можешь проводить здесь обыск, – чеканит он.

— С чего вдруг? Напомню, твоя судейская неприкосновенность распространяется на занимаемые тобой жилые и служебные помещения, транспортные средства, документы, даже багаж. А на места для утех, если они тебе, конечно, не принадлежат, не распространяется. Поэтому, пожалуйста, покинь помещение и не мешай нам работать.

Мне хочется выцарапать мужу глаза, разодрать кожу, сделать так же больно, как и он мне! Но вместо этого я по крупицам собираю свою выдержку и стараюсь говорить ровно, без всхлипываний и завываний.

Если бы кто-то знал, как мне сейчас больно… Будто кожу сдирают заживо, а я должна ни звука не произнести, иначе небеса упадут на землю.

Нельзя, просто нельзя быть слабой.

«Если ты сейчас сорвешься, результаты многомесячных трудов десятка людей пойдут насмарку», – уговариваю себя сдержаться.

По глазам мужа вижу: развод ждет меня долгий и выворачивающий душу наизнанку. Если посмею испортить его репутацию, он будет мстить.

У меня ведь дети. Работа мне точно нужна.

— Можно тебя на пару слов.

Не дожидаясь ответа, муж хватает меня за руку и, растолкав застывших оперов – они тоже шокированы, затаскивает в какую-то подсобку. Она, судя по всему, служит помещением для отдыха и перекуса.

Ударяюсь бедром в небольшой столик.

— Ты что творишь, мать твою?! Совсем от ревности ополоумела?!

Хлопаю глазами, не сразу поняв, о чем речь.

Впору смеяться!

О чем это он?!

Макс смотрит на меня пристально, даже зло. Ждет ответа.

Родной, самый любимый, но такой далекий и чужой человек.

Я сама не заметила, как во мне что-то умерло.

Любовь разлетелась на мелкие части. Просто в пыль. Теперь на её месте пустота как черная дыра. Она затаскивает меня в свои сети.

Во рту скапливается слюна, перед глазами темнеет. Я стараюсь держаться, но сознание плывет против воли.

Пытаясь удержать равновесие, отвожу руку назад, упираясь ею в столешницу.

Макс продолжает нависать сверху, чем доставляет большой дискомфорт. Мне и так неудобно стоять.

— Вика, ты чего? Тебе плохо? – вглядывается в мое лицо.

Мимику разобрать не могу, потому что фокус пропал, но по голосу кажется взволнованным.

Уже бы не разыгрывал здесь комедию!

Можно подумать, ему есть до меня хоть какое-то дело.

— Нет, блин! Мне просто прекрасно! Я сегодня, в присутствии коллег и подчиненных, узнала, что муж мне изменяет. Как ты думаешь, как я себя чувствую? – судорожно сглатываю слюну, переводя дух.

Облизав пересохшие губы, касаюсь своей щеки, большим и указательным пальцами прищипываю кожу.

«Давай уже, Вика, приходи в чувства. Ты умеешь быть сильной».

Нельзя рушить свою жизнь из-за похоти этого кобеля.

— Держи, – Макс вкладывает в мою руку стакан воды.

— Я не буду это пить. Бог знает, кто до меня касался его губами, – медленно разворачиваюсь и ставлю на стол. – И где эти губы были до этого. Какой-то притон…