Книга Отрицание чувств. Столица, страница 23 – Аннет Самиэль

«Выходишь, улыбаешься и говоришь, кто ты. Все, зрители твои и им уже все равно, что ты дальше будешь рассказывать. Хотя если начнешь говорить что-то заумное, то они вообще удивятся и будут слушать, пытаясь найти подвох. Так что какие тебе курсы, ты всегда готова покорять залы.»

Наверное, сейчас, вспомнив это, я сделала тоже самое, что говорила Юля, а именно улыбнулась и представилась. На меня смотрели недоверчиво, но с явным интересом, однако я понятия не имела, что говорить дальше. Идя от обратного, вспомнила про деда, после чего заметила на столике трибуны планшет, где был показан текущий слайд, что отображался на экране за моей спиной, и следующий за ним. Я сразу узнала свои же графики, которые делала для отчета по реализации плана развития, поэтому осознав, что действительно в курсе деталей проекта развития завода, позволила себе шутку про своего же деда, которая сразу нашла отклик зала. Юле однозначно стоило предложить вести свои курсы, потому что ее шуточные наставления сейчас оказались как нельзя кстати, позволив голосу не дрожать. Наверное, бокал шампанского тоже сыграл свою роль, поэтому я смело переключила слайд и начала свой рассказ. Эта часть презентации в самом деле была посвящена заводу и практические полностью собрана именно из моих отчетных материалов. С каждым словом я все больше чувствовала уверенность, поэтому к концу незапланированного выступления подошла на свой же вкус красиво. Многие не скрывали удивление, но в основном аудитория меня приняла, а мое внутреннее ликование, словно желая продлить момент триумфа, заставило спросить зал о наличии вопросов. Руку поднял мужчина, который показался смутно знакомым, а как только он задал свой вопрос, все внутри замерло на мгновение. Я не знала, что было тому причиной, то ли щекотливая тема удержания завода на плаву, то ли факт, что мужчиной оказался Борис. Именно его голос сработал словно переключатель, вернув меня на много лет назад, когда на мои детские расспросы о Данииле он грубо ответил:

«Сиди в своей песочнице и не лезь»

Я вдруг почувствовала себя маленьким ребенком, которого спустили с небес не землю, столкнув со взрослой реальностью. Тогда я просто обиделась, но сейчас я стояла на сцене, где не должна была оказаться, и искала ответ на вопрос, который не должен был звучать. Взглянув на Даниила, заметила его озадаченность, однако он нашелся быстрее меня и сразу дал свой ответ. У меня больше не осталось уверенности, на смену которой пришло одно желание, сбежать из этого места. Собрав остатки сил, дополнила ответ очередной шуткой, после чего поблагодарив слушателей, спустилась со сцены и торопливо пошла к столу, где меня по-прежнему ждал Павел.

— Маргарита, я сражен! Вы очень органично смотрелись на сцене. — его слова вероятно были искренними и не подразумевали лесть, только мне сейчас было все равно.

— Благодарю. — сухо произнеся одно слово, я с трудом нашла в сумке свой телефон, пока Павел успел задать еще один вопрос.

— Я конечно удивлен, когда вас успели включить в программу?

— Меня не включали, так что я удивлена не меньше вашего.

Мой ответ вышел резковатым, после чего я поторопилась отойти как можно дальше от места, где Завьялов завершал свое выступление, и позвонить брату. Как назло, он не брал трубку, поэтому остановившись, начала писать сообщение с просьбой забрать меня прямо сейчас. Руки не слушались, тело предательски трясло от недавнего стресса, а сердце хотело выпрыгнуть из груди. Нажав кнопку отправки, уже решила, что если не получу ответ в ближайшее время, просто уеду сама, и если понадобится, то молча сбегу, лишь бы избежать очередных намеков Павла и не придушить Даниила на глазах у всех. Только Завьялов оказался расторопнее, неожиданно появившись за моей спиной. Мне кажется в этот момент я узнала его по запаху одеколона, и только потом ощутила знакомую сильную хватку, после которой осознала, что мы оказались вдвоем в каком-то закутке. Даниил фактически навис надо мной, выставив руки по краям от меня. Однако, близкое положение, о котором я грезила последние пару месяцев, сейчас еще сильнее разозлило.