Книга Отрицание чувств. Игра началась, страница 36 – Аннет Самиэль

С отцом мои отношения всегда были довольно натянутые, а общение ограничивалось поздравлением с праздниками. Он всячески пытался быть вежливым и участливым, когда я жила в столице с его семьей, вот только мне это было совершенно не нужно. Я с благодарностью приняла его предложение пожить у них, потому что это действительно было удобно, только его жена явно была не рада моему появлению на их территории. Она периодически делала мне неприятные замечания на тему того, как я выгляжу, как себя веду и лишний раз старалась напомнить, откуда я приехала. Несмотря на это, со сводным братом я до сих пор хорошо общалась, а в силу того, что у нас примерно одинаковый возраст, то и общих тем всегда было много. Мы знали друг друга с самого детства, но действительно подружились, когда я жила с ними. Основная причина нашей дружбы заключалась скорее всего в отсутствии соперничества, ведь я к отцу теплых чувств не питала, соответственно к брату не ревновала. Косте и вовсе было все равно, его радовал сам факт наличия сестры, которую ему так и не сделала родная мать. Я тоже всегда гордилась тем, что у меня есть брат, даже не стеснялась в младших классах это открыто говорить, намекая, что в случае чего, меня есть кому защитить. На деле за меня всегда горой стоял дед, но для малолетних школьников это было менее интересно, чем родственник из столицы.

Несмотря на то, что дед в самом деле заменил мне отца, мои отношения с ним до поездки на учебу были довольно сложными. Меня всегда злило, что помимо работы он оставался суровым и непреклонным руководителем дома по отношению ко мне, в то время как мама с бабушкой наоборот со своим мягким характером потакали моим капризам. Любое мое слово, решение или действие оценивалось дедом так, словно от этого зависит судьба всего человечества, поэтому за ошибки меня безапелляционно заставляли нести ответ, в то время как успехи принимали как данность, не заслуживающую особой похвалы. Правда этот момент отлично нивелировала бабушка, всегда по секрету рассказывая, как дед якобы мною гордится. На деле он действительно порой делился с ней тем, что не высказывал мне вслух, а чем взрослее я становилась, тем больше стала понимать сама, как он отреагировал на ту или иную ситуацию в моей жизни. Однако именно мне достался от него характер, поэтому ближе к выпускным классам мы с ним совершенно не могли ужиться под одной крышей. Несмотря на жесткий подход к моему воспитанию, я прекрасно знала, как он меня любит, и искренне уважала его, однако это никак не помогало, стоило нам сойтись в очередной стычке недопонимания друг друга. Бабушка с мамой как могли сглаживали углы, только однажды, когда я в очередной раз после ссоры с ним ушла поздно вечером из дома и попала в крайне неприятную ситуацию, на семейном совете было решено, что мы с мамой переезжаем в старую бабушкину квартиру. Это действительно помогло, потому что у меня отпала необходимость убегать, а главное наши с дедом отношения явно наладились. Помимо улучшения семейных взаимоотношений я столкнулась с практическим пониманием того, что из себя представляет самостоятельность и реальная ответственность за свои действия, которые мне упорно прививал прародитель, ведь раньше под его вечным контролем мне была доступна лишь так называемая теория.