Книга С любовью, Кит, страница 38 – Виктория Побединская

Кит замолкает. Прекрасно. Значит, мне удалось его задеть.

— Да, и спасибо, что невольно познакомил нас. Это было судьбоносно.

Он продолжает молчать. И это молчание хуже всех наших препирательств, вместе взятых. Потому что вместо удовлетворения от этих слов мне стыдно и больно. Да что со мной вообще такое?

— Пойду, еще попкорн принесу, – выхожу я из комнаты и, не включая свет в кухне, упираюсь в стол обеими руками. Это будет сложней, чем я думала. Но ничего. Останется завтрашний день пережить, а там они уедут. И все снова встанет на свои места.

— Снова сбегаешь?

Я поднимаю голову. Кит стоит прямо передо мной, сложив на груди руки и опираясь бедром о столешницу.

И как назло, его телефон снова издает громкий «дзинь». Он никогда не выключает звук, и, клянусь, у меня уже на него рефлекс, как у собаки Павлова.

— Знаешь, – говорю я, – если ты хотел меня уколоть, то тебе это удалось. Я уже молчу про то, что ты постоянно с какой-то девчонкой переписываешься, при этом ни на миг не оставляя меня в покое.

Он наклоняется и проговаривает так же тихо, чтоб никто не услышал, но резко и остро:

— Ах, ну поздравляю, зато ты теперь понимаешь, что я чувствую.

— О чем ты?

— О том, что я искал тебя по всей Европе, а ты променяла меня на этого наследника винных плантаций.

— Я не меняла тебя! – шиплю я.

— Мы были вместе!

— Нет, не были, Кит!

Он вдруг резко притягивает меня к себе, даже не шепча, буквально выдыхая слова мне на ухо:

— Хочешь сказать, я брежу? И твой образ в моей голове – лишь плод воображения? Твои губы и то, как они касались моей кожи, когда ты шептала мое имя, – все это мне тоже приснилось?

Мне кажется, будто я горю. Изо всех сил хочу сделать что-то, чтобы позабыть, вычеркнуть этот день из головы, но тоже все помню.

— Это было ошибкой, – едва слышно произношу я.

— Почему ты все время это повторяешь?

— Потому что мы оба знаем, что это правда. Я не готова к неопределенности. Мне нужна уверенность в завтрашнем дне. Ее может дать только кто-то вроде моего отца. И это не ты, Кит.

— Глупости!

— Никит, – мягко касаюсь рукой его лица, – я не твоя. Не была тогда. И уже никогда не буду.

Он смотрит мне в глаза. И буквально убивает меня словами:

— Но я твой.

Мне хочется сбежать, исчезнуть, чтобы никогда не видеть его разочарованного взгляда. Он прижимается лбом к моему лбу, закрывая глаза. Опускает ладонь на мой затылок, и я зажмуриваюсь.

— Решай, Вик. – Но я качаю головой, чувствуя, как слезы щиплют глаза. – Давай уже выясним все, и я уеду. Мне не нужны ни этот университет, ни этот город. Мы ведь оба знаем, что я здесь по одной лишь причине.

— Именно поэтому мы не можем быть вместе, – зажмурившись, тихо отвечаю я. – Мы хотим разного. Мы изводим друг друга. А он, – указываю я в гостиную, – правильный выбор.

— Ты только поэтому убегаешь от меня? Потому что он – правильный выбор?

Кит выглядит так, будто я дала ему пощечину.

— Вики? – слышится из гостиной голос Жана-Кристофа. – Все в порядке?

Но я уже знаю, что должна делать. Я вижу наше с Китом будущее, и в нем мы лишь разобьем друг другу сердца. Так что, вытерев слезы, я возвращаюсь к Жан-Кристофу.

19. Годовщина свадьбы

Когда Жан-Кристоф заезжает за мной ранним утром, я чувствую себя ужасно взрослой и ужасно самостоятельной. Потому что впервые еду на мероприятие не с родителями, а со своим парнем. Мы садимся в арендованный им «порш» и, словно в старом кино, уносимся за город.