Книга Попалась - не отпущу, страница 26 – Анна Вэйли

— Ладно, возможно, не забыла. Но уснула я совершенно спокойно.

Даня чуть отступил, позволив мне перехватить инициативу, но на лице осталась насмешка, в которой читалось: он не сдается.

— Верю, — сказал он, приподняв бровь и будто оставляя многоточие в воздухе. — Верю.

Мы продолжили идти по парку, и я, стараясь оставаться незаметной, рассматривала его. Вечерний свет фонарей ложился на его лицо мягкими бликами, подчеркивал чуть заметную небритость на подбородке, выделял линию скул. Футболка была помята, но именно эта небрежность делала его каким-то удивительно живым и настоящим. На губах играла легкая улыбка, почти расслабленная, и я поймала себя на том, что смотрю на него слишком долго. Пришлось поспешно отвлечь взгляд на дорожку перед собой.

— Почему именно цифровая фабрикация? — вырвалось у меня неожиданно, даже для самой себя. Я и не планировала задавать этот вопрос, но вдруг захотелось услышать от него что-то серьезное, без привычных поддразниваний.

Даня нахмурился, ненадолго задумался.

— Мне нравится создавать что-то из ничего. Сначала появляется идея, потом проект, а потом деталь, которую можно держать в руках. Это почти волшебство. Только в отличие от сказок оно всегда понятно и подчиняется законам, которые можно изучить.

Я уловила в его голосе ту самую честность, которую он редко показывал, и поспешила вернуть разговор в другое русло, чтобы не дать ему слишком легко выиграть этот раунд. Я чуть прищурилась:

— То есть тебе важно все контролировать?

Он сразу понял намек. Взгляд стал внимательнее, пристальнее, будто он пытался угадать, какую ловушку я готовлю:

— Скорее, важно понимать, как все устроено.

— А если что-то идет не по твоему плану? — Я замедлила шаг, делая паузу нарочито длинной.

Он тоже остановился, прищурился в ответ и улыбнулся, словно принимая вызов:

— Тогда приходится импровизировать. И, честно говоря, это даже интереснее.

— Ты умеешь импровизировать? — я развернулась к нему лицом, не скрывая вызова в голосе.

Он рассмеялся тихо, почти беззвучно, и сделал шаг ко мне, сократив дистанцию до предела. Его лицо оказалось так близко, что я почувствовала прикосновение его дыхания к щеке. От этого по коже прошел рой мурашек, и мне пришлось заставить себя не отступить.

— Проверяешь? — спросил он негромко.

— Возможно, — ответила я, и голос предательски дрогнул.

Он выдержал паузу, не отводя взгляда. И чем дольше длилось это молчание, тем явственнее ощущалось тепло и напряжение, переплетающееся между нами. Наконец уголки его губ дрогнули, и он чуть отстранился, вернув себе легкость:

— Будь осторожна, Саш. Импровизация — это моя стихия.

Я упрямо подняла подбородок, стараясь не показать, что выдохнула с облегчением:

— Тогда давай проверим прямо сейчас.

Он улыбнулся шире, но неожиданно сделал шаг назад, будто нарочно разрушая ту зыбкую близость, которая уже успела возникнуть:

— Пока рано. Ты, кажется, сама хотела, чтобы я страдал.

Облегчение и разочарование нахлынули одновременно, но я спрятала их за спокойной улыбкой и сделала вид, что именно этого и ждала.

— Идем, — сказал он уже мягче, поворачиваясь в сторону выхода из парка. — Завтра покажу тебе кое-что, тебе понравится. А сегодня потерпишь.

Я догнала его и, не удержавшись, все-таки улыбнулась открыто: